Чем дольше отстаиваешь права, тем неприятнее осадок.
Участие советских морских пехотинцев в Эфиопско-сомалийского конфликте
В феврале 1978 г. (по другим данным – летом 1978 г.) в сдерживании наступления эритрейцев на Массауа помощь эфиопской армии оказали советские морские пехотинцы. Усиленная рота 55-й дивизии морской пехоты Тихоокеанского флота с танковым взводом под командованием майора Вячеслава Ушакова высадилась в порту Массауа. Десант вошёл в огневое соприкосновение с сепаратистами. Оказывая помощь правительственным войскам Эфиопии, морские пехотинцы внесли весомый вклад в ведение обороны, не потеряв при этом ни одного человека убитыми и ранеными.
( Высадка советской морской пехоты с БДК «Александр Торцев» на остров Нокра. 1987 год )
ПродолжениеПравда, близость переднего края боевых действий не позволила десантному кораблю подойти к берегу для принятия техники десанта, и решением Генерального штаба она была передана представителям эфиопской армии непосредственно на огневых позициях. Командир десанта майор В.К.Ушаков был награжден орденом Красного Знамени, зам. по технической части ст. лейтенант Бойко - орденом Красной Звезды; ряд офицеров, сержантов и матросов - медалями «За боевые заслуги» и медалями Ушакова.
Участник боевого похода на БДК «50 лет шефства ВЛКСМ» бортовой номер 386 (капитан 3 ранга А.Маркин) в зоне Индийского океана в составе батальона морской пехоты ТОФ с июня 1977 г. по май 1978 г. сержант Юдин Сергей Михайлович вспоминал, что после того как БДК участвовал в эвакуации наших граждан из Сомали, они перебрасывали вооружение из Йемена: «… Ходили между Эфиопией и Йеменом: в Могадишо (у автора здесь ошибка надо читать - Массауа) разгрузили с борта роту Т-55 и взвод плавающих танков, полковые миномёты, бэтээры. Эфиопов с этой техникой работать обучали прямо в песках (мы жили в пустыне, в палатках). Там же, в Эфиопии, все наши танкисты были представлены к боевым медалям: они вывели из окружения министра обороны; разведчики и сапёры наши тоже поработали, а мы десантировались в основном для боевого прикрытия. Я вообще-то наводчик БМ-21 (система «Град»), но и с полковым 122-мм миномётом неплохо справляюсь. Правда, пострелять не пришлось, разве только с эфиопскими учениками».
Помимо тихоокеанских морских пехотинцев в Эфиопии выполняли интернациональный долг и балтийские морпехи. Михаил Палаткин, вышедший на БС в Анголу в ноябре 1977 г. на БДК «Николай Фильченков», вспоминает: «Воевать пришлось ребятам с Балтики. С их кораблём из Севастополя мы выходили вместе. А на подходе к Египту они ушли через Суэц на Эфиопию. Там тогда как раз разразилась эфиопско-сомалийская война. Защищать дружественную Эфиопию от агрессии Сомали помогали и советские военнослужащие».
В Эфиопии Боевую задачу по оказанию помощи вооружённым силам Эфиопии оказывали корабли разных флотов: СКР «Ворон» пр.50 ЧФ, «СКР-23» пр159. ТОФ (06.12.1977-07.07.1978), «СДК-109» (01.12.1977-30.06.1978), БДК «Крымский комсомолец» (01.04.-30.09.1978), «СДК-82» (01.05.-31.08.1978) из состава ЧФ. Служивший на СКР пр.50 «Ворон» ЧФ Олег Харитонов вспоминал: «…там была натуральная войнуха. Брали "десант" (баржа с кучей ниггеров) и тащили их куда скажут. Близко к берегу шли, обстреливают с миномётов и со всего, что стреляет, отошли в море, баржу раскачивает, ниггеры выпадают!! Потом высаживались на о.Дахлак, для очистки от сепаратистов, промеров глубины и в дальнейшем организации нашей базы. Там когда-то была тюрьма, природа дикая! Когда уходили из Африки, нас меняли кто-то из наших (Потийских), не помню. Взяли назад в Союз одного нашего (членовредителя - соляр в колено) и одного морпеха, их тоже меняли и у него нашли револьвер "Кольт". Особист содержал их в одной каюте, обидно. Морпех много чего рассказывал про береговые дела…»
В конце 80-х годов в советских газетах было много публикаций о боевой службе наших кораблей, обеспечивавших безопасность судоходства в водах Персидского залива во время ирано-иракской войны. Благодаря присутствию наших кораблей ни одно из советских судов, шедших в конвоях, не было атаковано и нашим боевым кораблям ни разу не пришлось применять оружие для их защиты.
И в тоже время страна не подозревала, что рядом с Персидским заливом, в Красном море, наши моряки вели боевые действия с «москитным» флотом эритрейских сепаратистов, которые старались сорвать снабжение Эфиопии со стороны СССР и их союзников. Впервые советские люди узнали о существовании советского Пункта материально-технического обеспечения (ПМТО) на островах Дахлак уже после закрытия оной в мае 1991 года из публикации газеты «Известия», а о том, что в том районе советские корабли вели там настоящие бои - и того позднее.
27 февраля 1974 г. в воинских частях в Асмаре вспыхнули волнения. Личный состав ВМС Эфиопии, базирующийся в порту Массауа, присоединился к ним и морские пехотинцы взяли порт под свой контроль. 12 сентября 1974 г. в результате военного переворота был свергнут с престола и взят под стражу император Хайле Селассие I. Власть перешла к Временному военно-административному совету (ВВАС), который первоначально состоял из 120 военнослужащих в звании от рядового до майора. Генерал Аман Михаэль Андом, председатель ВВАС, фактически стал главой государства.
Борьба за власть между лидерами Военного совета, правящего Эфиопией, привела к отставке генерала Амана 22 ноября 1974 г., и в ночь с 23 на 24 ноября генерал Аман был убит в результате вооружённого столкновения недалеко от своего дома. За этим последовали казни 60 человек бывших официальных лиц, включая 32 офицеров, кабинет министров, членов благородных семей и одного принца.
20 декабря 1974 г. опубликовано обращение ВВАС к народу (программа военного руководства Эфиопии), где подчеркивалась важность проведения аграрной реформы. Одновременно ВВАС объявил о том, что Эфиопия будет развиваться по социалистическому пути.
В 1975 г. правительство национализировало 72 промышленных предприятия и приобрело большую часть акций 29 предприятий. Были национализированы также банки, финансовые учреждения и страховые компании. Произошли пограничные конфликты на границе с Французским Сомали (Джибути), вызванное вторжением в Эфиопию афарских сепаратистов и исских племён (1975-1977 гг.)., опять начались крупномасштабные боевые действия в Эритрее.
В 1976 г. был создан маоистский Народный фронт освобождения Тыграя (НФОТ), начавший борьбу против военного режима. В середине 1976 года были расстреляны ещё несколько высокопоставленных членов ВВАС. В апреле 1976 г. обнародована Программа национально-демократической революции, предусматривающая строительство народно-демократической республики как переходного этапа на пути к социализму.
Но положение в стране осложнялось не прекращавшимся в течение многих лет войной с эритрейскими сепаратистами. В конце ХIХ века Эритрея стала итальянской колонией. Эфиопия, одно из древнейших государств мира, была оккупирована Италией в 1935 году. Во время второй мировой войны Эфиопия не только добилась независимости, но и совместно с британскими войсками освободила Эритрею. Она, однако, оставалась под британским владычеством вплоть до 1952 года, когда по решению ООН была присоединена к Эфиопии на федеративных началах. Но в 1962 году император Эфиопии Хайле Селассие I упразднил федерацию, и Эритрея получила статус провинции. Эритрейцы образовали Фронт Освобождения Эритреи (ELF), развернувший боевые действия против правительственных войск. Идеологические и этнические различия раскололи Фронт Освобождения Эритреи (ELF) и в 1970 г. это привело к формированию Народного Фронта Освобождения Эритреи (EPLF), который использовал марксистскую идеологию и получал помощь от социалистических и развивающихся стран. С 1972 по 1974 гг. между этими двумя группами шла ожесточённая гражданская война. В конечном итоге EPLF победил. В январе 1974 года EPLF нанёс серьёзное поражение императорской армии, тем самым ускорив падение режима, который был свергнут в феврале того же года. Но и после объявления Эфиопии республикой война не прекратилась.
31 января 1977 г. силы эритрейских сепаратистов (EPLF) захватили город Ом Хаджэр на границе с Суданом и начали наступление на Тэсэнэй, который взяли 12 апреля. В течение следующих месяцев сепаратисты продолжили наступление: 3 июля ими был захвачен г.Кэрэн, в августе они захватили города Акордат и Барэнту. Почти 90 % территории Эритреи находилось под их контролем, и там мятежники начали формировать структуры государственной власти.. Подразделения EPLF активно действовали по всему побережью Красного моря, но были явно неспособны пойти в большое наступление на порт Асэб. Однако осенью они блокировали порт Массауа, полностью парализовав его работу.
Ситуация осложнялась тем, что в январе 1977 г. в провинции Огаден Освободительный фронт западного Сомали (WSLF) начал боевые действия против эфиопских властей. Эфиопские силы в провинции были вынуждены отступать и укрепились на базах Джиджига, Харэр и Дыре-Дауа. Все это усугублялось нестабильной обстановкой в Эфиопии. 3 февраля полковник Менгисту Хайле Мариам становится единоличным главой Эфиопии после того, как в кровавом сражении на улицах столицы были убиты восемь членов правящего Военного совета во главе с бригадным генералом Тафари Банти. Все яснее становилась роль Сомали в начавшемся восстании в Огадене. Советское руководство предпринимало усилия для предотвращения конфликта между Эфиопией и Сомали. В феврале 1977 г. Кремль предложил Сомали и Эфиопии создать федерацию, в марте кубинский лидер Фидель Кастро в ходе визита в страны Арабского Рога договорился о встрече между эфиопским лидером Менгисту и президентом Сомали Сиадом Барре в Адене. Там Кастро защищал идею создания марксистской федерации между Эфиопией и Эритреей, а также конфедерации Эфиопии, Сомали, Джибути, и Северного и Южного Йемена. Но Сиад Барре нашёл призывы Кастро к урегулированию отношений с Менгисту на основе социалистического братства неубедительными, и отклонил предложение. Тем не менее, сомалийцы обещали Кастро, что «они никогда не вторгнутся в Эфиопию, и они никогда не применят свои вооружённые силы для нападения на исконную территорию Эфиопии».
При этом сомалийцы никогда не рассматривали Огаден как часть законной территории Эфиопии и не желали отказываться от исторической возможности включать Огаден в состав Сомали. Получив заверения советского руководства в том, что Сомали воздержится от втягивания в конфликт, Аддис-Абеба несколько успокоилась. и в апреле эфиопская армия переместила артиллерию и бронетанковый батальон от Годе в северо-западные районы страны для борьбы с эритрейскими сепаратистами. Но в мае трёх-шеститысячные отряды подготовленных в Сомали бойцов Освободительного фронта западного Сомали (WSLF) пересекли границу и присоединились к силам местных лидеров сопротивления. Это вторжение являлось хорошо запланированной стратегической кампанией. Их непосредственной целью было нанесение вреда тому, что осталось от экономики Эфиопии. В июне партизаны напали на поезд и вскоре после этого взорвали пять мостов, остановив всё движение. Гарнизоны были также атакованы, особенно авиабаза в Годе, а также близлежащие казармы 5-ой бригады 4-й армии.
Эфиопия оказалась в сложном положении, ведя боевые действия на нескольких фронтах, и не могла обойтись без иностранной помощи. До революции оружие и снаряжение поставляли американцы, Эфиопия была главным получателем американской военной помощи, но после свержения императора США стали приостанавливать снабжение Эфиопии и новое руководство начало искать новые источники снабжения. В декабре 1976 г. в Москве был подписан долгосрочный договор между СССР и Эфиопией о военной помощи на сумму 100 миллионов долларов, по которому должны были поставляться танки Т-34. В феврале 1977 г. США свернули все контакты с Эфиопией под предлогом нарушения ею прав человека.
23 апреля 1977 г. Эфиопия закрыла консульства Соединенных Штатов и других западных государств в Асмаре. Оставалась одна надежда на СССР. В мае 1977 г. Менгисту Хайле Мариам прибыл с официальным визитом в Москву. В ходе визита была подписана Декларация об основах дружественных взаимоотношений и сотрудничества между СССР и Эфиопией. Новый договор о поставках вооружений был заключен на сумму 400 миллионов долларов, и подразумевал поставки более современных вооружений, чем после подписания первого договора.
При этом в обмен на военную помощь эфиопский лидер обещал предоставить СССР в качестве военно-морской базы эфиопский порт Массауа. И уже в мае-июне 1977 г. Советский Союз начал поставлять в Эфиопию военную технику. В мае было переброшено 20-40 танков «Т-34», столько же бронемашин и орудий, а в июне ещё 80 танков «Т-54». Вместе с оружием восстанавливать развалившуюся эфиопскую армию в страну прибыли и специалисты и военные советники, направленные в Эфиопию на основании распоряжения Совета Министров СССР № 1823 от 13 августа 1977 г. Главным военным советником был назначен заместитель командующего ВДВ генерал-лейтенант Петр Васильевич Чаплыгин (1977-1981).
13 июля 1977 г. в боях на территории Эфиопии стали принимать участие первые регулярные соединения армии Сомали. 21 июля самолёты Сомали «МиГ-21МФ» - частично, по сообщениям, с иракскими и сирийскими пилотами - начали атаки по различным объектам в Эфиопии. 23 июля началось полномасштабное вторжение, режим Сиада Барре бросил 42 тысячную армию - 12 механизированных пехотных бригад, 250 танков, сотни артиллерийских орудий, более 30 современных самолётов, стремясь захватить часть территории Эфиопии. Эфиопы располагали в провинции только 3-й пехотной дивизией и рядом отдельных частей - всего 10200 человек, 45 танков M41/M47, 48 артиллерийских и 10 зенитных орудий. Ко всему прочему эти и так немногочисленные силы были распылены по отдельным гарнизонам и постам.
Эфиопские власти публично не осуждали сомалийское вторжение до 24 июля, и вплоть до сентября они сохраняли с Сомали дипломатические отношения, полагаясь на обещания, что Советскому Союзу удастся уговорить сомалийцев уйти из Огадена.
Уже через несколько дней после начала военных действий сомалийцы взяли города Дагабур и Кебри Дехар. Особенно болезненной для Эфиопии оказалась потеря военно-воздушной базы Годе. После первых успехов сомалийцы, не снижая темпа, перегруппировали свои силы и начали наступление в направлении Джиджиги и Харэра. Менее чем через неделю, к концу июля, сомалийцы захватили примерно 60 % территории Огадена. Эфиопская армия была слаба, кроме того, ей приходилось вести борьбу с эритрейскими сепаратистами.
В июне 1977 г. режим Менгисту, по сообщениям, пригласил израильских пилотов, чтобы восстановить эфиопские ВВС. И уже утром 26 июля два «F-5As», ведомые израильтянами, около Харэр обнаружили четыре сомалийских «МиГ-21МФ» и в воздушном бою сбили двоих из них, а два других столкнулись при попытке уклониться от ракеты, запущенной с «F-5s». Несмотря на это фиаско, ВВС Сомали продолжили воздушное наступление, регулярно нанося удары по эфиопским лётным полям и скоплению сил на земле. Партизаны - теперь поддержанные бронетехникой армии Сомали - продолжили наступление. И уже 9 августа 1977 режим в Аддис-Абебе был вынужден признать, что он потерял контроль над провинцией Огаден. Сомалийцы сосредоточили главные усилия на захвате трёх важнейших и наиболее крупных городов провинции Джиджиги - Дыре-Дауа и Харэра. Именно вокруг них в августе разгорелись наиболее ожесточённые бои. В середине августа в Дыре-Дауа сомалийские танки смогли прорваться к аэродрому на окраине города, но были отброшены эфиопскими частями. В боях за город погибли 150 эфиопских солдат и 500 сомалийцев. Сомалийцы силами нескольких механизированных бригад осадили Джиджигу. 4-14 сентября сомалийские войска и партизаны (WSLF) разбили эфиопские силы в сражении при г.Джиджига, куда были стянуты отступавшие из Огадена эфиопские части, уничтожив или захватив 50 танков. Сомалийцы тоже понесли серьёзные потери - они потеряли под Джиджигой 45 танков, примерно половину от трёх танковых батальонов, находившихся на этом участке фронта. 29 сентября сомалийцы захватили важный горный проход Марда, и одна из колон направилась к Харару. Город и 3-я эфиопская армия оказались в осаде.
7 сентября 1977 г. Эфиопия разорвала дипломатические отношения с Сомали. На подмогу Эфиопии пришла Куба. По сообщениям госдепартамента США, численность кубинских военных советников в Эфиопии возросла с мая по октябрь 1977 г. с 50 до 400 военнослужащих. Переброски крупных частей началась в ноябре-декабре, часть из них перебросили по воздуху, а часть - по морю. СССР предоставил свои корабли, в том числе лайнер «Адмирал Нахимов», для перевозки этих частей и вооружений. Кубинские войска перебрасывались не только с Кубы, но и из Анголы. Всего было переброшено шесть кадровых бригад - 18 000 человек под командованием дивизионного генерала Арнальдо Очоа. Первый кубинский танковый батальон прибыл на фронт уже 28 декабря 1977 г. С сухопутными войсками перебрасывались и авиационные части. Помимо военнослужащих из Советского Союза и Кубы на стороне Эфиопии сражался контингент "добровольцев" из Южного Йемена (2000 человек).
После целого ряда поражений осенью 1977 г. от армии Сомали глава Эфиопии Менгисту Хайле Мариам отправился в октябре 1977 г. за помощью в СССР. Его встретили как лучшего союзника, были обещаны не только обширные военные поставки на сумму 385 миллионов долларов, но и содействие в получении согласия Ф. Кастро на отправку кубинских добровольцев в Эфиопию. После этого в течение трёх месяцев ноября 1977 г. - января 1978 г. приблизительно пятьдесят советских судов прошли через Суэцкий канал на пути к порту Асэб, доставив многочисленные военные грузы, в том числе истребители, танки, буксируемые и самоходные артиллерийские орудия, реактивные системы залпового огня и зенитно-ракетные комплексы и боеприпасы - приблизительно 60 000 тонн грузов - для поставки на фронт в Огаден. Кроме того, Москва отправила дополнительное оборудование и с территории НДРЙ (Южный Йемен). Помимо морского флота с 25 ноября 1977 г. советские ВВС организовали воздушный мост в Эфиопию, задействовав не менее 225 самолётов Ил-18, Ан-12B, Ан-22, и транспортные Ил-76 для доставки установок залпового огня «BM-21», танков T-55 и T-62, «БМП-1», 130-мм, 155-мм и 185-мм артиллерии, боеприпасов и прочих запасов. Всего за эти несколько месяцев морским и воздушным путем в Эфиопию, по западным данным, было поставлено 80 самолётов и вертолётов (в том числе 48 истребителей «МиГ-21» разных модификаций, 10 вертолётов «Ми-6», несколько транспортных «Ми-8» и 6 боевых «Ми-24A», позже их число было увеличено до 16), 600 танков и 300 зенитно-ракетных комплексов. По оценке западных стран, вся помощь оценивалась примерно в один миллиард долларов, при этом четвертая часть из поставленного была передана безвозмездно. Вооружение и снаряжение для эфиопской армии начали поставлять также ГДР (дизельные грузовики «ИФА»), Чехословакия (стрелковое оружие), Южный Йемен (танки Т-34, реактивные системы залпового огня БМ-21 «Град» с расчётами), КНДР (обмундирование), помощь и поддержку Эфиопии оказала Ливия, оплатившая часть поставок оружия.
Осенью 1977 г. в Эфиопию для уточнения ситуации прибыла делегация от разных управлений Генерального штаба и видов Вооружённых Сил и родов войск, во главе с первым заместителем главнокомандуюшего Сухопутными войсками генералом армии В.Петровым. В их задачу входило ознакомление на месте с обстановкой после вторжения сомалийских вооружённых сил в Эфиопию и оказание помощи эфиопской армии в изгнании агрессора. Тактически войска были обучены слабо, оперативным искусством командиры самых высоких рангов не владели. Эфиопская армия занимала оборону в линию, распыляя силы и средства. Кроме ошибок чисто военных, был полностью исключен фактор внезапности в действиях эфиопской армии. Осведомлённость противника обо всех наших планах была просто поразительной. Поэтому советским советникам пришлось все операции планировать самостоятельно и объявлять решение только накануне. Когда советские специалисты занялись организацией сопротивления сомалийской армии, то из Москвы были вызваны для консультации специалисты, буквально за неделю до этого высланные из Сомали. Они рассказали о сильных и слабых сторонах противника, о том, на каких примерно направлениях какие войска действуют. Это они знали хорошо, ведь почти пятнадцать лет мы поставляли туда оружие и многие офицеры, в том числе и старшие, окончили наши училища и академии, а потому воевали сомалийцы по всем правилам, по советским боевым уставам. 18 ноября 1977 года состоялась встреча нашей делегации с руководителями Эфиопии. Затем началась работа членов советской делегации в штабах и в войсках. При этом было налажено тесное взаимодействие с руководством кубинской группировки войск, переброшенной в Эфиопию. 24 ноября 1977 г., погиб первый советский военнослужащий майор В. Соколов - специалист при начальнике разведки эфиопской бригады спецназначения.
В Сомали быстро поняли, что времени у них больше нет, и 28 ноября они организовали своё последнее наступление в направлении городов Дыре-Дауа, Харэр и Бабиле. Сомалийские войска пытались захватить город Харэр, пользуясь тем, что плохая погода вынудила ВВС Эфиопии оставаться на земле. Однако в декабре первые кубинские подразделения были уже в районе действий, и благодаря их поддержке наступление потерпело неудачу.
Как указывалось выше, для снабжения Эфиопии мог использоваться только порт Асэб. Наши транспорты от Суэцкого канала до порта Асэб шли под охраной боевых кораблей, в их числе был и СКР пр.50 «Ворон» ЧФ. Необходимость в этом была. Зимой 1977-1978 г. северо-йеменские патрульные суда в районе острова Зугар перехватили несколько иностранных судов (американское, французское и русское), зашедших в воды спорных островов и потребовали покинуть эти воды. В дальнейшем советский флот участвовал в переброске кубинских частей в порт Асэб, для чего были задействованы гражданский суда, в том числе лайнер «Адмирал Нахимов». Именно кубинские части при руководстве советских советников осуществили разгром вторгшихся частей сомалийской армии.
Ситуация в Эритрее тоже не успокаивала. 23 декабря 1977 г. Народный Фронт Освобождения Эритреи (EPLF) начал наступление на порт Массауа, один из трёх городов провинции, остававшихся под эфиопским контролем. В связи с угрожающем положением в Эритрее эфиопское руководство перебросило в этот район часть ВВС, не дожидаясь завершения боевых действий с Сомали. Эти силы, применяя напалм, атаковали пять городов между Асмэрой и Тэсэнэй, что позволило эфиопской армии сорвать наступление мятежников, пока главные силы эфиопской армии были сконцентрированы на борьбе с вторжением Сомали в Огадене.
В сдерживании наступления эритрейцев на Массауа помощь эфиопской армии оказали южно-йеменские войска и советский флот. В 1977 г. Южный Йемен (НДРЙ) поддержал Эфиопию в её действиях против Сомали, но реальную помощь они оказали в борьбе против эритрейских повстанцев, осадивших порт Массауа. ВМС НДРЙ направили туда СДК пр.770 «Сира» (бортовой номер 137) с собственным десантом. Не отставали и советские моряки.
В течение многих недель в конце 1977 г. и начале 1978 г. приблизительно 25 советских военно-морских судов находились в Красном море в районе побережья Эритреи, где эфиопская армия вела гражданскую войну на трёх фронтах. В декабре 1977 г. - январе 1978 г., выполняя боевую задачу по оказанию помощи вооружённым силам Эфиопии, эсминец «Веский» (капитан 2 ранга Н.И.Малинка, с 06.12.1977 г. по 21.07.1978 г.) оказывал артиллерийскую поддержку правительственным войскам в боях с сепаратистами Эритреи в районе порта Массауа.
Боевую задачу по оказанию помощи вооружённым силам Эфиопии оказывали и другие корабли: СКР «Ворон» пр.50 ЧФ, «СКР-23» пр159. ТОФ (06.12.1977-07.07.1978), «СДК-109» (01.12.1977-30.06.1978), БДК «Крымский комсомолец» (01.04.-30.09.1978), «СДК-82» (01.05.-31.08.1978) из состава ЧФ.
Техническую поддержку действий наших судов оказывали выведенные после разрыва с Сомали из ПМТО Бербера в Аден (НДРЙ) плавучий док «ПД-66» и плавмастерская «ПМ-156» (капитан 3 ранга Яценко). Так, экипаж плавмастерской ремонтировал эсминец «Веский» (меняли трубки охлаждения котлов). В ходе ремонта от моряков эсминца ремонтники слышали об артиллерийской поддержке в районе порта Массауа, о кубинском десанте в Эфиопии.
Но основной болевой точкой Эфиопии продолжался оставаться конфликт в Огадене. К началу 1978 г. эфиопская армия вместе с кубинскими подразделениями в Огадене насчитывала 26 бригад, около 230 танков, 180 орудий и минометов, 42 реактивные системы залпового огня. С воздуха их поддерживали более 40 боевых самолётов. Им противостояли 30 сомалийских бригад, около 130 танков, до 450 орудий и миномётов.
8 января 1978 г. эфиопские ВВС начали массированные воздушные удары F-5As, МиГ-21, и МиГ-23БН по позициям сомалийцев и по авиабазе в Харгейса с целью разгрома сомалийцев в Огадене - севернее Дыре-Дауа и севернее Харэра (в дальнейшем, в связи с тем, что противнику стало известно о подготовке нашего наступления севернее Дыре-Дауа, первый удар нанесли южнее Харэра). Одновременно предусматривался переход в наступление и войск Южного фронта.
С утра 24 января 1978 г. после интенсивной авиационной и артиллерийской подготовки эфиопские и кубинские части и подразделения перешли в наступление. Эфиопское контрнаступление позволило отбросить противника на несколько десятков километров, освободить многие населённые пункты. Сомалийцы потеряли 3 тысячи человек, 15 танков, значительное количество другой боевой техники и вооружения. Этот успех был воспринят в Эфиопии как «поворотный момент» всей войны.
К началу февраля положение Сомали и партизан WSLF в Огадене стало критическим: эфиопские ВВС разрушили почти всё их тяжёлое вооружение, а ряд быстрых наступлений разгромил большинство подразделений WSLF. В конце ноября 1977 г. сомалийцы обратились к Саудовской Аравии за военной помощью, в частности - попросили направить саудовские боевые корабли в порт Бербера. Саудовская Аравия привела свои Вооружённые силы в состояние боевой готовности. В декабре 1977 г. - январе 1978 г. Сиад Барре посетил Иран, Пакистан и Египет, ища политической поддержки и оружия; визиты оказались плодотворными. В январе президент Сомали получил гарантию от шаха, что Иран поможет им, если эфиопская армия нарушит границы Сомали. Он получил обещания помощи из Пакистана в виде поставок китайского оружия, которые начали осуществляться уже в январе. Были заключены контракты с 20 пакистанскими пилотами для обеспечения своих ВВС. От президентов Египта - Саддата и Судана - Нимейри было получено обещание поддержки в случае эфиопского вторжения. Их помощь для сомалийцев была особенно важна, так как Судан и Египет имели вооружения, поставленные ранее из СССР.
9 февраля 1978 г. в Сомали объявили общую мобилизацию, сопровождаемую объявлением военного положения. Отряды были перемещены на границу после того, как пограничный город Хайгейса бомбили эфиопские МиГи. Продолжая наступление в направлении Джиджиги, эфиопские войска столкнулись с ожесточенным сопротивлением сомалийцев, закрепившихся на двух ведущих к городу проходах в горах - Марда и Шебеле. В соответствии с выработанным советскими военными советниками планом операции 10-я пехотная дивизия эфиопской армии перешла горные хребты, обойдя проход Марда, и вышла к Джиджиге. Город был подвергнут артиллерийскому обстрелу и воздушным бомбардировкам.1 марта сомалийские войска нанесли контрудар силами пехоты, танков и артиллерии, но потерпели неудачу. 3 марта их повторная попытка контратаковать также завершилась провалом. После того, как в район прибыли ещё 6000 кубинцев, они совместно с эфиопскими войсками и находившимися там кубинцами и поддержанные 120 танками T-54 и T-62, сломили оборону и 4 марта сомалийцы начали беспорядочный отход из Джиджиги. На следующий день город был взят наступающими. С падением Дхиджиги и Айши на Восточном фронте и выходом войск Южного фронта к государственной границе с Сомали в районе Доло освобождение Огадена было завершено. Сразу после падения Джиджиги Сиад Барре созвал заседание ЦК Сомалийской революционной социалистической партии, на котором было принято решение вывести сомалийские войска из Эфиопии, чтобы не допустить их полного уничтожения.
Окончательная катастрофа для сомалийской армии произошла 2 марта 1978 г., когда генерал Петров начал большое наступление под Дыре-Дауа. Только за несколько утренних часов пилотируемые кубинцами эфиопские МиГ-21, МиГ-23, и Ми-24 выполнили не менее 140 боевых вылетов, нанося поражение сомалийцам тяжелее, чем когда-либо прежде. Развертывание эфиопской пехоты с 90 кубинскими танками Т-62 и поддержанное артиллерией лобовое наступление против пяти сомалийских бригад в Дыре-Дауа было отвлекающим ударом. Петров одновременно послал все доступные вертолёты Ми-6 и Ми-8 с эфиопскими и кубинскими солдатами вместе с тяжелым оружием и боевой техникой, в том числе танками ПТ-76, в тыл вражеских линий фронта, где их никто не ждал. Они поддерживались второй кубинской бронебригадой, которая зашла далеко во фланг сомалийцам. Сомалийцы сражались храбро, но они имели мало танков, никакого воздушного прикрытия, мало боеприпасов, и 5 марта разгром их был завершён. Одновременно эфиопские части при поддержке кубинских танков выбили сомалийцев с двух стратегических горных проходов Марда и Шеделе.
Когда сообщение о поражении достигло Могадишо, Сиад Баре собрал руководство страны и в ходе двадцатичасового совещания было принято решение о прекращении войны. Но объявлено об этом было только через три дня, чтобы иметь возможность подготовить к этой новости население. 15 марта правительство Сомали объявило о полном выводе своих войск из Эфиопии. В результате успешных действий эфиопских войск уже к 16 марта вся территория Огадена, оккупированная сомалийцами, была освобождена.
В результате войны Эфиопия потеряла 40 000 человек (15000 военнослужащих и 25000 мирных жителей), свыше 600000 жителей страны стали беженцами. В ходе боевых действий 1977-1978 гг. погибло 160 кубинцев. Сомалийская армия потерпела сокрушительное поражение, были разгромлены 12 бригад, потеряно 20000 человек убитыми, 250 танков (три четверти от довоенного парка), свыше 200 орудий и миномётов, большое количество транспортных средств. Сомали фактически лишилось своих ВВС. К концу войны в их строю числилось всего 12 самолётов МиГ-21 и несколько МиГ-17.
Кубинские части после окончания войны встали гарнизонами в Хараре и центральной части Эфиопии невдалеке от столицы Аддис-Абебы., Кубинцы больше не участвовали ни в боевых действиях в Эритрее, ни в пограничных стычках с Сомали, которые продолжались вплоть до 1984 г, хотя публикации в западной прессе об этом появлялись. Численность кубинского контингента неуклонно сокращалась с 18 000 человек в 1978 г. до 3 000 человек в 1984 г.
В начале мая 1978 г. военная делегация под командованием генерала армии В.Петрова в полном составе вернулась в Москву, выполнив свою задачу. Изгнанием регулярных вооружённых сил Сомали из Огадена завершился сомалийско-эфиопский конфликт. В то же время оставшиеся боевые организации Фронта освобождения Западного Сомали не прекратили сопротивления и перешли к партизанским методам борьбы. Однако ни по своей численности, ни по количеству и составу вооружения оппозиционные силы в Восточной Эфиопии уже не представляли существенной опасности для Аддис-Абебы. Но диверсионные группы "сомалийского фронта" периодически совершали рейды на эфиопскую территорию. 16 июня 1978 г. в одну из их засад (у деревни Дакэта провинции Огаден) попала группа советских военных специалистов из состава отдельного медицинского батальона: подполковник Н. Удалов, капитаны В. Князев, В. Филиппов, сержант Н. Горелов, рядовые С. Дулов и Н. Козлов. Военнослужащие были пленены и в дальнейшем при попытке к бегству пятеро из них были убиты. Подполковник Н. Удалов был вывезен на территорию Сомали и пропал без вести.
Немаловажную роль в сдерживании действий флотов западных стран во время войны между Эфиопией и Сомали в 1977-1978 годах сыграл ВМФ СССР.
Как только боевые действия в Огадене были закончены, в середине марта 1978 г. эфиопское руководство, используя советские и эфиопские транспортные самолёты, начали перемещать войска в Эритрею. В течение апреля 2-ая эфиопская армия была собрана в Асмэре и Асэбе в составе приблизительно 75000 солдат и оснащена дополнительным количеством танков T-55, бронемашинами БТР-50 и БТР-152, артиллерийскими орудиями - советскими Д-30 122-мм и американскими М. 46 130-мм, установками залпового огня БМ-21 и сотнями грузовиков. Наступление было начато 15 мая 1978 г. Эритрейские мятежники оказались плохо подготовленными и не могли противостоять воздушным налётам после того как ВВС Эфиопии были укреплены поставками советских самолётов и новыми пилотами, подготовленными кубинцами. Скоро всё, что завоевали сепаратисты в 1977 г., было вновь под контролем эфиопских войск.
20 ноября 1978 г. в ходе визита в Москву председателя Временного военного административного совета и Совета министров Эфиопии Менгисту Хайле Мариама был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и социалистической Эфиопией. В статье 10 этого договора прямо говорилось, что «в интересах обеспечения обороноспособности Высоких Договаривающихся Сторон они будут продолжать сотрудничество в военной области».
Единственным районом, оставшимся под контролем EPLF, был район города Накфа, который стал символом сопротивления эритрейцев правительственному контролю. Отступившие подразделения EPLF создали в городе Накфа систему укреплений, включая защитную траншею длинной в сорок километров, уходящей в ближайшие горы. Несмотря на несколько атак, эфиопская армия оказалась неспособной установить контроль над районом и разгромить там подразделения сепаратистов. Заключительное сражение этой первой эфиопской кампании в Эритрее было с 1 по 15 декабря 1979 г. в области Накфа, и привело к большим потерям эфиопских сил - по эритрейским данным более 15000 человек было убито или ранено. Кроме того, сепаратистам достались десяток танков и сотни транспортных средств. К середине января 1980 г. правительственные силы отступили к оборонительным линиям около Асмэры. В 1979 г. СССР продолжал оказывать значительную военную помощь и поддержку эфиопской армии, которая в этот период вела интенсивные боевые действия в Эритрее. Однако партизанская борьба сепаратистских «фронтов», втянувшая в вооружённый конфликт почти все население Эритреи, привела лишь к затяжному кровопролитию. Учитывая создавшиеся условия, Советский Союз официально заявил, что участие во внутренних конфликтах не входит в сферу деятельности советских военных советников и специалистов, и отозвал их из Эфиопии, но потом вновь вернул.
@темы: занимательная История
