Продолжаем перебирать темы августовского стола заказов. Слушаем историческую тему от френда theosophist: Интересует в подробностях 31 июля 1492 года, изгнание иудеев из Испании

«В том же месяце, когда их величества (Фердинанд и Изабелла)» — издали указ, по которому все евреи должны были быть высланы из королевства и его владений, в том же месяце они отдали мне приказ предпринять с достаточным количеством людей экспедицию для открытия пути в Индию». Так начинает свой дневник Христофор Колумб. Изгнание, о котором он упоминает, было таким катаклизмом, что с этого времени 1492 г. стал почти таким же важным в еврейской истории, как и в истории американской. 30 июля этого года вся еврейская община (около двухсот тысяч человек) была изгнана из Испании.

Изгнание евреев из Испании (Альгамбрский декрет) — изгнание евреев из Испании указом правящей королевской четы Фернанда II Арагонского и Изабеллы Католической, принятым в 1492 году в Альгамбре, (также известным как Гранадский эдикт или Эдикт об изгнании). Эдикт предписывал всем иудеям Испании в трёхмесячный срок креститься или покинуть пределы страны, оставшиеся после этого срока объявлялись вне закона. Евреи бежали либо в Португалию (где через 30 лет история повторилась), оттуда — на север Европы, либо в Италию, Оттоманскую империю, страны Северной Африки.

Для евреев изгнание стало чудовищной национальной катастрофой.

Советники короля Кастилии убеждают его изгнать евреев из страны. Книжная миниатюра. Начало XIV века

А с чего все это началось ?

Если прогуляться по живописным улицам испанского городка Ла Гуардия и дойти до площади, на которой стоит статуя мальчика, можно остановить прохожих и задать им вопрос: верят ли они, что история о святом мальчике из Ла Гуардии произошла на самом деле? Некоторые ответтят, что твердо верят в правдивость этой истории, а некоторые – что вполне допускают, что она произошла. Никто из прохожих не сказал, что полностью отрицает правдивость истории о безымянном мальчике, чья статуя установлена на одной из площадей их родного городка. Никто из них не сомневался по крайней мере в вероятности того, что евреи замучали мальчика и использовали его сердце для некоего темного религиозного культа. Тот факт, что героем кровавого навета возможно стал вымышленный персонаж, не помешал им свято верить в миф, которому недавно исполнилось 520 лет.

Убийство Симона из Тренто. Гравюра на дереве, Нюрнберг, Германия, 1493 г.

Сердце христианского младенца

Еврей Бенито Гарсия из местечка Ла Гуардия был вынужден насильственно принять христианство приблизительно в 1460 году. Он зарабатывал на жизнь, путешествуя по всей Испании и продавая шерстяную одежду. В конце 1490 года Бенито возвратился домой после длительного отсутствия. По дороге он заглянул в местный трактир. Компания забулдыг, сидевшая в трактире, стала рыться в его мешке, намереваясь ограбить Бенито, и нашла среди его вещей гостию – небольшой хлебец, который используют в католической литургии. Согласно законам того времени, человеку запрещалось иметь в своем распоряжении подобные предметы, и забулдыги донесли на Бенито Гарсия местным властям, получив щедрое денежное вознаграждение.

Гарсия арестовали по обвинению в краже предмета священного культа, и он предстал перед местным судьей Педро де Виллада, известном своими связями с инквизицией. Де Виллада, который мечтал продвинуться по службе и получить должность инквизитора, тут же учуял потенциал, содержавшийся для него в этом деле, и обвинил несчастного конверсо («нового христианина»), угодившего к нему в когти, в том, что тот возвратился в иудаизм и украл хлебец, дабы использовать его в особо опасном колдовском обрядке, во время которого евреи берут сердце христианина и произносят над ним заклинание, призванное наслать на всех христиан безумие и смерть.

Гарсия отказался признать свою вину и был приговорен к 200 ударам и особо изощренной пытке: его привязали к стулу десятками тонких струн, впивавшихся в его плоть. Гарсия не выдержал ужасной боли, которую причиняла ему пытка, и признался, что все годы был добрым христианином, но в последние пять лет стал тайно соблюдать заповеди иудаизма. Де Виллада потребовал от него выдать сообщников, и Гарсия назвал имена семерых товарищей, пятеро из которых были «новыми христианами» из Ла Гуардии: Хуан де Окния и четверо членов одной семьи – Алонсо, Хуан и Лопе Франко и их отец Гарсия. Вместе с ними были арестованы и двое евреев: Йосеф Франко из Темблеке и Моше ибн Нахмиас из Саморы. Всех восьмерых перевезли в город Сеговию, где они ожидали начала судебного процесса.

Во время пребывания в тюрьме Йосеф Франко, который чувствовал, что конец его близок, попросил исповедоваться перед раввином. Его просьба была исполнена, но вместо раввина к нему подослали переодетого монаха, чтобы тот разговорил его и добыл новые сведения. Уловка принесла плоды: переодетый монах засвидетельствовал, что во время исповеди Йосеф признался, используя тайные заклинания на иврите, в ритуальном убийстве христианского ребенка. Так инквизиторы добились нужного признания, и в августе 1491 года был подписан приказ об аресте всех восьмерых. Они обвинялись в колдовстве и измене католической вере. В обвинении значилось, что они похитили гостию, чтобы надругаться над ней, как и над сердцем убитого ребенка, в Страстную пятницу – день, когда был распят Христос. Там также говорилось, что обвиняемые намеревались наслать на всех христиан бешенство во время еврейской Пасхи, дабы учение Моисея сохранилось на земле, а христианское учение было уничтожено. Злоумышленники также собирались – как утверждали инквизиторы – завладеть всем христианским имуществом и искоренить христианскую веру.

Кроме противоречивых и неточных показаний, данных Бенито Гарсия и Йосефом Франко, обвинение основывалось и на ранних антиеврейских трудах, таких как сочинение испанского теолога Альфонсо де Эспина «Цитадель веры», в котором целая большая глава посвящена ритуальному убийству, что практиковалось у евреев Англии и Франции.

После того как приговор был зачитан, Йосеф Франко закричал, что это – самая великая ложь в мире, но ни ему, ни другим обвиняемым не было позволено сказать своего слова. Защита, которую суд предоставил им, предназначалась лишь для отвода глаз, и только спустя четыре месяца после суда Франко было разрешено ответить на обвинения. Он говорил о двух «признаниях», которые были добыты у него обманом и вымогательством. Первое было получено от него в тюремной камере. Согласно этому «признанию», некий врач-еврей рассказал ему, что попросил Бенито Гарсия добыть немного священного хлеба для еврейского магического обряда. Гарсия согласился, похитил ключи от церкви в Ла Гуардии, украл оттуда хлебец и передал его врачу. Похитив хлеб, Гарсия встретился со своими сообщниками в пещере неподалеку от Ла Гуардии, и там они строили планы, как добыть сердце христианина. Спустя некоторое время Алонсо Франко, один из обвиняемых, принес нужное сердце. Злоумышленники вновь встретились в пещере и устроили там сеанс черной магии, во время которого заколдовали глав инквизиции, чтобы те не могли приговорить их к заслуженному наказанию. Во втором «признании» Франко описал убийство ребенка.

Он рассказал, что тот был доставлен в пещеру и распят, в то время как все присутствующие проклинали его и Иисуса. Важно отметить, что вплоть до сегодняшнего дня не было найдено ни единого достоверного свидетельства о существовании этого ребенка. Несколько лет спустя после описываемых событий нашлись такие, кто утверждал, что это был Хуан, сын Алонсо де Пасмонтеса и Хуаны де ла Гиндера. В 1544 году возникла новая версия, согласно которой ребенка звали Кристобаль, и он был сыном слепой женщины из Ла Гуардии. Так или иначе, тот факт, что во время судебного процесса не поступало никаких сведений о том, что где-либо в округе исчез ребенок, не очень волновал следователей. Они пытались добиться от Франко ответа, откуда был привезен ребенок, но Франко, разумеется, не мог вразумительно ответить на этот вопрос. Следствию удалось добыть искомые сведения из «признаний» Хуана де Окния и Бенито Гарсия о распятии ребенка. Инквизиция устроила все обвиняемым очную ставку, чтобы добиться от них общего признания, которое было направлено в суд Саламанки. Тамошние инквизиторы признали виновным во всем Йосефа Франко.

На втором дознании, в ноябре 1491 года, Йосеф Франко сообщил, что ребенка привел в пещеру Хуан Франко. Тот якобы нашел его возле кафедрального собора в Толедо. Тогда следствие устроило еще одну очную ставку, которая состоялась 16 ноября, и сразу же после нее был созван суд. Все восьмеро обвиняемых были признаны виновными и преданы сожжению.

Мученичество Симона из Тренто, рельеф в Палаццо Сальвадори в Тренто, XVII в. Photo Alinari

От навета к изгнанию

Кровавый навет Ла Гуардии принципиально отличался от других наветов, распространенных во всех странах Европы в Средние века. Наиболее ярким отличием было отсутствие ребенка-жертвы. Во многих других случаях евреев обвиняли в ритуальном убийстве после того, как был найден детский труп, тогда как в данном случае не было никаких сообщений об исчезновении ребенка, и никогда не были найдены тело или могила, которые имели бы отношение к ребенку из Ла Гуардии. Тему навета также можно считать беспрецедентной. В навете Ла Гуардии речь идет о культе, который сосредоточен не вокруг крови жертвы, как во многих других случаях, а вокруг ее сердца. В других случаях, как правило, говорилось, что евреям нужна христианская кровь для выпечки мацы…

Кровавый навет Ла Гуардии оказал решающее влияние на социальные процессы в Испании. Отношение к «новым христианам» и евреям изменилось в резко отрицательную сторону и достигло крайней ненависти. Все это дает нам возможность представить, какова была социальная и религиозная атмосфера в Испании за несколько месяцев до того, как король Фердинанд и королева Изабелла издали эдикт об изгнании евреев. Яркие доказательства этому можно найти в исторических исследованиях, которые показывают, что кровавый навет хотя и начался спонтанно, но попав в руки инквизиции, был тщательно продуман и распланирован как обвинительный приговор против всех евреев Испании, а особенно против тех из них, кто недавно принял христианство. Апогеем навета был не сам показательный суд еретиков, а повальное обвинение «новых христиан» и их братьев евреев в том, что они подкапываются под самые основы христианской веры.

Отсюда путь до изгнания был уже недалек. Евреи были представлены как те, кто подстрекает «новых христиан» к бунту, а еврейская община – как потенциально опасная для Испанского королевства. Инквизиция стремилась доказать, что пока евреи живут среди христиан Испании, существует социальная и религиозная основа для их тлетворного влияния на «новых христиан» с целью возвратить их в лоно враждебного христианам иудаизма.

Кровавый навет Ла Гуардии позволил инквизиции потребовать изгнания евреев из Испанского королевства. На инквизиторов оказали глубокое влияние сочинения Альфонсо де Эспина, который писал о том, что Испанское королевство полно еретиков, и просил у Бога помощи в создании в стране католической гегемонии. Как и Альфонсо де Эспина, инквизиторы были убеждены: для того чтобы превратить Испанию в центр мирового католичества, ее необходимо избавить от чуждых элементов и ереси. Можно представить себе, какое влияние оказали эти взгляды на Фердинанда и Изабеллу – короля и королеву, которые вступили в брак друг с другом и таким образом объединили два сильнейших королевства Иберийского полуострова – Арагон и Кастилию – в одно католическое государство, где, несмотря на его внушительные размеры, не нашлось места для евреев и мусульман.

Слух о кровавом навете быстро распространялся по всему королевству. История о святом ребенке, замученном евреями, послужила связующим звеном между целями инквизиции и чаяниями христиан Испании и их правителей. Она послужила поводом для изгнания евреев из королевства. Но не только она. Вот тут можно почитать подробнее про самую известную жертву кровавого навета- мальчика Симона из итальянского города Тренто (Trento)

Альгамбрский декрет

Формально эдикт касался всех последователей иудаизма, независимо от этнической принадлежности. Смысл указа состоял в лишении иудаистов защиты законом, т.е. делал их беззащитными от преступных посягательств и лишал права на законный суд. Разумеется, в таких условиях была невозможна никакая коммерческая и финансовая деятельность, являвшая основным занятием испанских евреев. Для возвращения под защиту закона достаточно было принять крещение, но большая часть иудеев предпочла сохранить веру и эмигрировала из Испании.

Предпосылкой изгнания стали мощные антисемитские настроения в Испании XV века, в основе которых лежал социальный конфликт между преимущественно крестьянским коренным населением и немногочисленной еврейской общиной, активно занимающейся торговлей и ростовщичеством, а так же проникшей во многие сферы административного управления, в том числе финансового. Ростовщичество было запрещено для христиан, как грех, но широко использовалось иудеями и к концу века привело к тяжелому социальному конфликту.

В результате брака наследника Арагонского престола Фернандо и наследницы Кастильского королевства Изабеллы в Испании началась активная католизация. Было решено захватить мусульманскую Гранаду и насильственно крестить иудеев и мусульман, с тем чтобы превратить Испанию в исключительно католическое королевство. Реализация плана началась с преследования насильственно крещённых иудеев. Инквизиция судила каждого подозреваемого в исполнении иудейских религиозных обрядов. Имущество осуждённых шло на финансирование войны с Гранадой. Для поощрения доносов доносчикам отдавали часть имущества, поэтому находилось всё больше и больше желающих поправить своё благосостояние за чужой счёт.

В 1483 году главой католической инквизиции стал Томас Торквемада, прославившийся своей жестокостью. Во время его правления были замучены сотни невинных. Архивы инквизиции содержат 49 092 досье. Но только 1,9 % из них определяют вину обвиняемого и передают дело светским властям для исполнения смертного приговора. Остальные 98,1 % были либо оправданы, либо получали лёгкое наказание (штраф, покаяние, паломничество).

Несмотря на преследование, еврейская община оставалась сильной (и прежде всего в Кастилии), во-первых, благодаря своим богатствам, нажитым или путём крупных коммерческих операций (банки, крупные ссуды и т. д.), или производственной деятельностью, которой занимались массы еврейского населения, и, во-вторых, вследствие участия в органах управления и особенно в органах финансового ведомства (именно это участие и навлекало на евреев недоброжелательное к ним отношение со стороны народа)

Эмилио Сала Франсеc, Изгнание иудеев из Испании

Законодательство продолжало защищать евреев против произвола чиновников и частных лиц. Об этом свидетельствуют письмо председателя королевского совета (от 1 марта 1479 г.) касающееся жалобы еврейской общины Авилы на незаконное требование налогов; распоряжения от 18 сентября 1479 г. и от 8 января 1480 г., подтверждающие привилегии евреев того же города, согласно которым воспрещалось брать у евреев в залог дома, одежду и другие объекты, причём евреи освобождались от городских налогов и повинностей; приказ главного капитана эрмандады о предотвращении насилий над евреями Авилы (1480 г.), которые часто становились жертвами грабежей и бесчинств; королевское распоряжение от 15 марта 1483 г., защищавшее еврейский квартал от нападений соседей-христиан, разрушавших его ограду; грамота от 16 декабря 1491 г., обеспечивавшая безопасность личную и имущественную, выданная той же общине в связи с избиением камнями одного еврея и опасениями, возникшими у остальных евреев, которые боялись, что их «схватят, изувечат и убьют», и другие документы того же порядка. в то же время евреям Гранады по договору о капитуляции этого города была предоставлена полная религиозная и гражданская свобода.

Изгнать евреев было давней мечтой испанской инквизиции, возглавляемой Фомой Торквемадой. Он верил, что, пока евреи остаются в Испании, они будут влиять на десятки тысяч обращенных в христианство соплеменников, побуждая тех честно исповедовать иудаизм. Фердинанд и Изабелла отвергали требование Торквемады об изгнании евреев вплоть до января 1492 г., когда испанская армия разбила мусульманские войска в Гранаде, вернув тем самым под власть христиан всю Испанию.

Закончив свою главную задачу — объединение страны, — король и королева решили, что теперь можно и изгнать евреев. 30 марта , сразу же после окончания реконкисты короли обнародовали указ об изгнании всех евреев из обоих королевств — Кастилии и Арагона , который вступал в силу через четыре месяца. Этот короткий срок был очень выгоден всем испанцам, так как евреи были вынуждены продавать свое имущество по фантастически низким ценам. На протяжении этих лихорадочных месяцев доминиканские патеры активно уговаривали евреев перейти в христианство и таким образом получить спасение как в этом мире, так и в ином.

Эдуардо Сарлос, Уругвай (1938 — 1999) «1492 — Изгнание евреев из Испании», масло, 1991

Указ мотивирует это крайнее решение «великим ущербом для христиан от общения, разговоров и связей с евреями, относительно коих известно, что они всегда стараются всевозможными способами и средствами отвратить верующих христиан от святой каталической веры и отдалить их от неё и превлечь и совратить их в свою нечестивую веру», и т. д.

Иудеям был дан срок до конца июля, причём им запрещено было не только возвращаться в Испанию, но даже проезжать через испанские земли под страхом смерти и конфискации всего имущества. До истечения этого срока евреи оставались под «защитой и покровительством короля», чтобы они могли «безопасно проходить и продавать и менять и отчуждать всё своё имущество, движимое и недвижимое, и распоряжаться им свободно». Однако все эти гарантии в действительности были мало эффективны. Насильственная продажа часто приносила огромный убыток продавцу, особенно из-за конкуренции, которая должна была возникнуть при почти одновременной продаже имущества всех евреев. А так как к тому же им запрещалось вывозить из Испании «золото, серебро, иную чеканную монету и другие вещи, запрещённые к вывозу законами нашего королевства, кроме товаров, не запрещённых или не приобретённых путём обмена», то ясно, что потери изгнанников были огромны. Но многие из них старались обойти закон, прибегая к денежным переводам за границу, используя свои связи с еврейскими банкирами и купцами различных стран. 14 мая, по просьбе самих изгнанников, опасавшихся насилий, была дана королевская грамота с новыми гарантиями и обнародовано распоряжение о порядке продажи и обмена имущества евреев. До 31 июля всех евреев выселить не удалось, и окончательный срок был продлён до 2 августа.

Изгнание евреев. Цветная гравюра XIX века.

Десятки тысяч беженцев погибли в пути. Иногда испанские капитаны взимали с еврейских пассажиров колоссальные суммы, а затем выбрасывали беглецов за борт посреди моря. В последние дни перед изгнанием по всей Испании распространился слух, что беженцы заглатывают свое золото и бриллианты, и многие евреи погибли от ножей разбойников, надеявшихся найти сокровища в их желудках.

Ни сам эдикт, ни иные законы тогдашней Испании не предусматривали ни смерти, ни какого иного наказания за отказ от крещения не предусматривали. Но т.к. эдикт делал иудеев беззащитными от посягательств на их жизнь и имущество, те, кто не захотел уехать крестились, хотя часть из них тайно продолжала исповедовать иудаизм. С точки зрения тогдашнего права, такие люди были религиозными клятвопреступниками и подлежали суду Инквизиции, который как правило, карал за это сожжением на костре.

Попытки иудеев обманом сохранить свою традиционную веру, притворяясь крещенными христианами легко раскрывались, т.к. соблюдение иудаистстских обрядов требовало некоторых очевидных атрибутов — хранения в доме торы и отказа работать (и вообще что либо делать) в субботу. Благодаря этим знакам Инквизиция успешно выявляла и наказывала клятвопреступников.

Точное число изгнанников, лишенных имущества и вынужденных покинуть страну, в которой их предки жили более 1500 лет, не может быть установлено и оценивается разными историками от 50 тысяч до 150 тысяч и более. Тем не менее, число избравших крещение было велико — до 50 тысяч. Число погибших — до 20 тысяч.

Согласно генетическим исследованиям Лидского университета проведенным в 2008 году, 20 % современного населения Испании имеет еврейские корни по мужской линии (и 11 % имеют арабские и берберские корни).

Испытания в изгнании

Евреи Испании искали приют в Португалии, Северной Африке, Италии и Турции. Во вступлении к своему комментарию к книге «Млахим» — «Цари» дон Ицхак Абарбанель рисует волнующую картину страданий, перенесенных изгнанниками. «Их уделом были тяжкие и многочисленные испытания, ограбленные и лишенные всего, обреченные на голод и эпидемии, проданные в качестве рабов и слуг во все стороны света. Некоторые отправились морем, не боясь бурных вод, но и там рука Б-га покарала их: было много тех, кто, сгорев вместе со своими кораблями, узнали одновременно муки воды и огня…»

«Хевет Иеуда» рава Шломо ибн Вирга, который также познал трагические события изгнания, рассказывает трагические истории, описывающие стойкость евреев в несчастье. «Кое-кто после многих перипетий добрался до незнакомого берега. Среди них был один еврей, сопровождаемый женой и двумя сыновьями. Они изо всех сил пытались отправиться в путь, но жена, сделав несколько шагов, упала замертво. Мужчина поддерживал своих детей, но, побежденные голодом, все трое вскоре потеряли сознание. Когда еврей очнулся, он увидел рядом с собой двух мертвых сыновей. Тогда в отчаянии он закричал: “Господин мира! Что только ты не делаешь, чтобы я отказался следовать за тобой. Однако будь уверен, что я еврей и останусь евреем, и что все, что со мной произошло, и все, что еще может случиться со мной по твоей воле, не сможет ничего сделать с этим”. Затем он сгреб землю и траву, чтобы покрыть этим своих детей, и отправился искать обитаемое место».

Место приюта

Совершенно понятно, что большая часть изгнанников искала убежище в странах, граничащих с Испанией. В частности, евреи Кастилии отправились в сторону Португалии, король которой согласился дать им временный приют при условии повышенной оплаты права вхождения в страну. Десятки тысяч других евреев достигли берегов Северной Африки. Небольшое число укрылось в Италии, во французской Наварре, в венецианском графстве или в провинциях Оттоманской империи.

Однако это не означало, что настал конец их волнениям. Если, к примеру, король Марокко открыл для них ворота своего королевства, его подданные отнюдь не были приветливы к этим евреям, обессилевшим от дорожных переживаний, различных болезней и голода. У многих даже не было иного выбора, кроме как вернуться в Испанию.

В то время как некоторые раввины обосновались в Северной Африке и продолжили там изучение Торы, составлявшее величие испанского иудаизма, другие предпочли продолжить свой путь по направлению к Египту и прочим другим землям, находящимся под турецким правлением. Среди них раби Яаков Бейрав, раби Давид Бен Зимра (Радбац), раби Моше Алхакер, раби Авраам Захут, раби Иеуда Хаят.

Некоторые евреи, среди которых был и дон Ицхак Абарбанель, искали убежище в Неаполе, но прошло немного времени, и они тоже были изгнаны оттуда.

Однако худшее ожидало изгнанников, думавших, что нашли приют и покой в Португалии. Король этой страны, который в конце 1496 года женился на инфанте Испании, уступил давлению принцессы и решил также изгнать евреев из своего королевства. Желая однако удержать евреев, приносивших немалую пользу экономике Португалии, он воспользовался хитростью, чтобы насильно обратить их в христианство. Когда отказавшиеся от добровольного крещения тысячи евреев собрались в Лиссабоне, чтобы сесть на корабли, отправляющиеся за границу, монахи окропили их святой водой, тем самым насильно окрестив их. Теперь объявленные христианами евреи не могли покинуть страну. Однако со временем многим удалось бежать.

Самыми удачливыми из изгоняемых евреев оказались те, кто бежал в Турцию. Султан Баязет принял их тепло. «Как вы можете называть мудрым королем Фердинанда Арагонского, — спрашивал он, — того самого Фердинанда, который сделал бедной свою страну и обогатил нашу?» Самыми несчастными беженцами были скрывшиеся в соседнюю Португалию. В 1496 г. португальский король Мануэль заключил брачное соглашение с Изабеллой, дочерью испанского короля. В качестве условия этого брака испанские монархи настаивали на изгнании евреев и из Португалии. Король Мануэль согласился, хотя ему не хотелось терять свою богатую и преуспевающую еврейскую общину. В итоге только восемь португальских евреев были, по сути, изгнаны: десятки тысяч других принудительно обращены в христианство под страхом смерти. Среди тех, кто отказался, был главный раввин Шимон Меами. Его закопали по шею в землю и продержали так неделю, пока он не умер. И все это произошло благодаря жестокости одного человека — Фомы де Торквемады.

Испанские евреи, осевшие в Турции, Северной Африке, Италии и в других местах Европы и арабского мира, получили наименование се-фарды — (Сфарад — еврейское название Испании). После своего изгнания сефарды приняли негласное решение никогда больше не возвращаться в Испанию. Именно потому, что их пребывание там было столь счастливым, евреи расценили изгнание как страшное предательство и с особой горечью вспоминали о нем. В 1930 г. еврейский ученый Авраам-Иегошуа Гешель выделил одно положительное следствие этих ужасных событий: «Евреи (Испании)… занимали видные посты (до изгнания). Завоевание Нового Света произошло без их участия. Если бы они остались на Иберийском полуострове, то, скорее всего, приняли бы участие в предприятиях конкистадоров. Когда последние прибыли в Гаити, там был миллион жителей; спустя 20 лет осталась всего одна тысяча. Несчастные евреи 1492 г. не знали, как им повезло».

Конец иберийского иудаизма

Изгнание из Испании положило конец существованию процветающей общины как с культурной и религиозной, так и с экономической точки зрения. Сотнями тысяч испанские евреи покидали землю, которая в свое время приютила одну из самых древних общин. Однако сефардский иудаизм вскоре возродился на Востоке, где постепенно развилась интенсивная еврейская жизнь.

Древний миф еще живет

Кровавый навет Ла Гуардии послужил своего рода катарсисом для христианского общества Испании. Он «доказал» существование заговора, который так мечтала раскрыть инквизиция; тайного еврейского вредоносного культа, призванного нанести ущерб христианам. С точки зрения христиан, тот факт, что в Ла Гуардии не нашли убитого ребенка, только усилила мистический ореол вокруг этой истории. Ее опутали многочисленные мифы и легенды, и безымянное дитя из Ла Гуардии превратилось в святого мученика и персонажа многочисленных сказаний. Так например, возник миф, что жестокие евреи заставили несчастного ребенка тащить на спине тяжелый крест, и этот «крестный путь» был так долог и тяжел, что его не выдержал бы и взрослый мужчина. В тот миг, когда душа покинула тело распятого дитяти, земля затряслась, солнце погасло, и маленький мученик вознесся на небеса, подобно Иисусу, ибо Творец не хотел, чтобы верующие в него поклонялись святому телу ребенка. Эта легенда объясняет, почему труп мальчика не был найден.

Там, где по преданию находилась пещера, в которой был распят святой мученик, через несколько лет была возведена церковь. На ее стенах нарисованы фрески, изображающие сцены из жизни святого дитяти. Подобную фреску можно увидеть на одной из стен роскошного кафедрального собора в Толедо. На ней изображен изображен бородатый человек в колпаке и с дьявольской усмешкой на устах, держащий за руку маленького мальчика с нежным личиком, глаза которого вознесены к небесам. Вероятно, постоянные посетители собора знают, о ком идет речь, – этот тот мальчик, которого похитили коварные евреи со ступеней этого самого собора 520 лет назад.

источники

midrasha.net/article.php?id=4650

toldot.ru/tora/articles/articles_9989.html

jhistory.nfurman.com/teacher/03_104.htm

ru.wikipedia.org/wiki/%C8%E7%E3%ED%E0%ED%E8%E5_...