Представь - когда-нибудь будет завтра, ручьи, и солнце, и неба просинь...а здесь в жестоком своем азарте сцепились насмерть зима и осень, а календарь говорит о марте - но календарь ведь никто не спросит...
И можно снова гулять по крышам, бежать навстречу, стремиться выше, и можно снова не волноваться, крича, что кто-нибудь да услышит...Безумный город течет по пальцам и на рассвете почти что дышит, огрызком солнца в оконных лужах смеется ласково (хоть убейся!): "Не больно? Значит, чтоб было хуже, посыпем солью, а хочешь - перцем? Ведь от тоски никуда не деться, пустой тоски по январской стуже..." Но снова можно лететь на красный и задыхаться в небесной сини - весной уменье дышать опасно...Пойми, не стоит судить пристрастно - все обещанья остались в силе, но если этого мы просили - я из игры выхожу авансом. Пусть будут снова к обеду - гости (к прикладу - стенка, к канаве - мостик) сидеть, судачить о новом чуде, пусть будет завта - как лягут кости...Так все ж, мы нелюди или люди?
...А знаешь, я не жалею вовсе, что в этом "завтра" меня не будет.
Не обидишься за такое своеволие по отношению к твоим стихам?
И мое:
"Самый страшный час перед рассветом,
А за ним уже намного проще"...
Это не тоска мне душу гложет,
Я сегодня, право, не об этом.
Это не с тоски я ночь глотаю,
Запивая ветром дым от свечки.
Холодно. Темно. А холод лечит.
Комната моя совсем пустая.
Календарь отмерял: "29".
День последний тлеющей зимы.
А с утра весной напьемся мы -
Только б до рассвета жизнь домерять.
Завтра март? Я, верно, вижу сны.
Это календарик без весны.



)
