Девочка-маугли, воспитанная книгами, кошками и деревьями
Когда завораживает песня, а настроение лучше бы отдать кому-то из знакомых персонажей.
Это точно не Ромига. Ему бывало настолько же хреново, но интонации совершенно не его.
Гедимин Кет в финале «Тлакантского синдрома», когда изгнанником прятался по старым шахтам?
Дамус после эмпураты? Не скажу за будущего Тарна, а тот, который стал Брокенчипом, был тогда близок к тому, чтобы погаснуть. Если бы не Шоки...
Ещё подумала: ближе всего — Марани-та-иму, Художник с Рутилуриа. Тот, кто нарисовал на стене Колыбель Нави и «скормил себя» Ромиге.
vk.com/audio-2001912372_63912372
Текст
Это точно не Ромига. Ему бывало настолько же хреново, но интонации совершенно не его.
Гедимин Кет в финале «Тлакантского синдрома», когда изгнанником прятался по старым шахтам?
Дамус после эмпураты? Не скажу за будущего Тарна, а тот, который стал Брокенчипом, был тогда близок к тому, чтобы погаснуть. Если бы не Шоки...
Ещё подумала: ближе всего — Марани-та-иму, Художник с Рутилуриа. Тот, кто нарисовал на стене Колыбель Нави и «скормил себя» Ромиге.
vk.com/audio-2001912372_63912372
Текст
Крымская война в наших учебниках упоминалась как проигранная. Про оборону Севастополя я читала у Льва Толстого. А про этот — кстати, победный — эпизод той же глобальной зарубы узнала, лишь когда взялась за вёрстку новой книги. Наверное, это больше говорит о моей исторической безграмотности, чем о чём-либо глобальном...
