Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

Судя по скепсису судей, "Драконы" вряд ли попадут в сборник... (во второй тур, может быть и пройдут, но дальше?..)

И все-таки мне нужна помощь...
Чем можно заменить слово "драконятни" в широком его смысле - названия отделения Бестиария Ордена. Департамент драконов звучит глупо, а ничего другого в голову не приходит.

Да, это меня озадачил судья и те, кто комментировал рассказ про драконов.

Пишет Вадим Панов:
Уважаемые господа!
В связи с резким наплывом конкурсных работ и некоторыми техническими трудностями, с которыми нам пришлось столкнуться, организаторами принято решение ПРОДЛИТЬ КОНКУРС НА ДВЕ НЕДЕЛИ ДО 16 ИЮНЯ 2013 ВКЛЮЧИТЕЛЬНО!

www.vadimpanov.ru/forum/viewtopic.php?f=52&t=17...

И все-таки, я обещал растащить "Равноценный обмен" на перловку. Дабы все насладились этим прекрасным текстом.)
Тут целое: www.t-grad.com/fan-zone/tg_2013/283898/

Под катом - выжимки, иногда с комментариями.

читать дальше

- Пусти его. Я сотру ему память, и он никогда не вспомнит обо мне.- Нужно было прекращать этот фарс. Пусть думает, что маленькая, и глупая невеста, выучила урок.
- Не неси чушь. Люди помнят сердцем. Он вспомнит тебя.- Метаморф тоже держался из последних сил.
С каких пор в Тайном городе научились стирать память и вообще появилась семья метаморфов у людов?

- Ты не имеешь никакого права распоряжаться ни одной жизнью в этом мире.- Я продолжала жадно вбирать энергию дерева. Внезапно еще и Белая дама...

Даниил рассмеялся мне в лицо, а я обернулась камодским вараном и набросилась на него. Его изображение я видела в книге, из нее я узнала, что он один из самых опасных хищников. Между прочим, мет оборачивается с законом сохранения массы... так что варанчик получится маленьким))

Даниил явно чем-то был неугоден Спящему. На его ударном стволе, оказался сук. ??? О.о

Я не простой чел. Я принадлежу к непростому клану темного семейства метаморфов. А на самом деле, я являюсь подданной древнего, и скрытого от современного цивилизованного мира города. Он поделен на три вечно противоборствующие стороны. Моя семья принадлежит к Великому Дому Людь. Его еще называют Зеленым Домом. У нас свои законы, и порядки. Главный из них один - хранить тайну нашей силовой колыбели. ??? О.о

Они хотели моей смерти, но Совет не пошел у них на поводу, тогда бы они лишились очень сильного, и полезного барона. Убитый горем родитель мог отречься от колыбели, и навсегда затеряться в людском городе. ??? О.о

и продолжили ждать своего часа расплаты.
Он пробил. За это время я подросла, и преобразилась. Ну, метаморф же, чего бы не преобразиться...))


Родители были подавлены. Всю неделю, до бала, и день дороги, мама держалась за меня. И в спальню, и на кухню они ходили вместе...

- Мой отец - Кровнорожденный метаморф барон Ольгерд.- Я с гордостью ответила, ощутив спиной улыбку папы. ??? О.о

Мое спокойствие, даже не дрогнуло. ??? О.о

Мне надоел этот фарс с дешевым интимам Это о встрече с королевой, если что...))

Наскоро простившись, я вышла к воротам, где меня уже ждала машинка бизнес класса. И личный самолетик, а еще квартирка о пяти комнатах...

Еще, будучи студенткой, я краем уха слышала о человеке, который может в этом городе все. Ну, практически все, единственное, что он не нашел это библиотеку асуров, именуемую в быту, как библиотеку Ивана Грозного. Точного его статуса никто не знал. Он был в качестве советника у Князя, и частенько вел свою игру с Великими домами, и Москвичами. Такой вот своеобразный серый кардинал Дома Навь. Связаться с ним напрямую, было бы ошибкой. Угадайте, о ком речь?

о присутствии на нашем с Даниилом боевых морян
Конечно в обличии зверя, с ними сложно договориться, но и меня, если очень достать, я начну нападать, и кусаться. А почему я никогда не пыталась обернуться моряной?
Наверняка, очередная бабулька изучает меня. Магического, или темного влияния в ее взгляде я не уловила. ??? О.о

Это пришла обещанная мне моряна. Я почувствовала ее темную энергию. Датчик всего магического был вмонтирован в кольцо. Там было несколько камней, отвечающий за улавливание отдельных магических проявлений. Во время улавливания они начинают мерцать. Сейчас мерцал черный камень. ??? О.о

Только как это сделать наиболее безболезненно, знал только один нав - Сантьяго. Только прежде чем идти к нему, нужно было разузнать обстановочку. Именно Сантьяго в свое время сберег трон нашей королеве, он вообще часто один решал проблемы трех Великих Домов, и не боялся помочь нуждающимся в совете, начинающим наемникам. Правда, настоящим наемником мне не стать, а вот каким не будь агентом Зеленого Дома, можно было попытаться. СантьягО!

Сантьяго ответил на мое прошение о совете, очень быстро. Буквально через пару часов, после моего звонка, В дверь моего временного пристанища позвонили. Парень, из службы доставки, принес мне конверт, с приглашением на закрытую вечеринку в клуб «Ящерица». Проблема с досугом на вечера была решена. И тут возникает один вопрос. Как в этот самый клуб ходят? За двадцать сем лет жизни, я ни разу в подобных заведениях не бывала. Из расчета продолжительности своей жизни, я имела в запасе еще лет сорок на подобные развлечения. Да и не престало дочери барона, шататься под борделям, и участвовать в попойках. "Ящеррицу", самый элитный клуб Тайного города очень ненавязчиво опустили...

Здесь присутствовали очень многие представители рас. Феи, возле барной стойки, стреляли глазками в челов, хванов, и магов. От множества танцовщиц, и их разновидности, рябило в глазах. Здесь действительно можно было найти от трески, до помпушки. ??? О.о

Ко мне подошел лысоватый коротышка.- Я - Птиций, а вы, наверное, Тара? Лысоватый... )))

- Именно.- Согласилась я с ним. Комиссару был метром дворцовых интриг. С кепкой!

Мне интересна ваша история, я прослежу за ее развитием. На всякий случай, это телефонная карта, по которой вы сразу свяжитесь сон мной. Звонить по телефонной карте? Это как?

Продумав линию наступления, я заказала удостоверение журналистки. Шасы мастера на все руки. Его доставят уже утром вместе с почтой. Оплата по безналу прошла идеально. Мне уже очень нравилось работать в городе с челами. ??? О.о

длинные медовые волосы, поддерживаемые очками, струились по спине, и плечам. ??? О.о

- Он должен будет проехать к дедушке с бабой, и провести с ними какое-то время. У дедушка новая баба, знакомьтесь.))

Мне удалось уйти без задержек. И я честно пошла в аптеку. Очень ценю некоторые медицинские препараты челов. У нас проблема женских дней вообще не существует, так что приходится кое-что заимствовать и нам. ??? О.о

Судя под его довольному виду, он была чему-то очень обрадована. Метаморфу пол сменить раз плюнуть, в принципе))

- Я метаморфов, аналогов ваших аниморфов. Могут стать зверем. Предпочитаю ипостась леопарда. ??? О.о

- Охотно верю.- Максим в подтверждение слов, даже ракеткой потряс. Я не понял, а откуда там ракетка? Ее раньше не было...

Стой, это моряна!- Пыталась я его остановить.
Максим меня не слышал, он шел на запах, и шепот древнего призыва. ??? О.о Как много нового я сегодня узнал о морянах и Зеленом Доме...

Королева, дала согласие на мой брак с каким-то очередным породистым мучачо.

Дональд скептично осмотрел платья, а я всеми врагам на зло, гордо повесилась оторванный подол, и пошла в сторону дома.

Не могу найти один свой рисунок. Весь комп перерыл, все БИ на дайрах, перечитываю сами дайры... И нет ничего.
Печаль.

UPD: Нашел.

Для чего ты пришел?
Для того, что бы очистить свою совесть?
Или что бы совершить суд, который ты считаешь справедливым?
Нет, на самом деле ты здесь по другой причине. Ты здесь для того, что бы потешить свое самолюбие.
Для того, что бы доказать самому себе, и всем окружающим, что ты не зря живешь на свете, что не зря ходишь по земле, что не зря родился в тот ненастный день. Нежеланный ребенок.
Ты все еще хочешь спасти мир, который отвергает тебя раз за разом?
Доказывает, что дружбы нет, что предательство – вот единственный способ выжить. И не важно, кого тебе приходится предавать. Друзей - ради принципов, или принципы – ради друзей. Предательство, оно везде отдает гнильцой и ввергает тебя в пучину совести.
А оттуда не выплыть. Если вовремя не схватиться за спасительную мысль, что может помочь. А может и утопить.
Ты спасал друзей? И пренебрег честью. Ты солгал, ты схитрил или промолчал.
Не важно. Потому что ты не прав. Всегда не прав и, поверь, юный друг, всегда найдутся те, кто докажет тебе это.
Кто покажет обратную сторону глянцевой медали.
Ты спас друга. Ты убил того, кто хотел его смерти. Ты прав.
Прав?
Ты оставил семью без кормильца, и жена убитого пошла на панель, стараясь прокормить троих детей.
Ты по-прежнему прав?
Дорогой мой герой. Не оглядывайся – позади тебя много страшного. Трупы и кровь. И не важно, что иной раз – это метафора.
Это правда.
Такая правда тебе не по нраву, герой?
Ты идешь по трупам своих врагов – примирение – это миф.
Не бывает исправившихся «плохих мальчиков».
Потому что не бывает плохих мальчиков.
Все в мире относительно. И ты сейчас пришел, что бы отомстить за брата.
Он кричал перед смертью.
Кричал.
Как ты сейчас. От несправедливости. От того, что он жив, а его девушка погибла под колесами автомобиля, за рулем которого сидел кто-то пьяный. Я просто мимо шел и решил ему помочь.
И ты жив, не смотря на то, что не смог уберечь брата.
Ты имеешь на это право? Ты имеешь право жить?
Да, ради мести. Но разве месть – это правое дело?
Месть дарует тебе спокойствие?
Или же ты снова будешь просыпаться в холодном поту?
И видеть, как моя кровь дымится на твоих руках. И тебе будет стыдно.
Потому что ты убьешь безоружного. Или же будешь кричать, что я трус и что бы я взял с пола хотя бы нож.
Но нет. Я не собираюсь очищать твою совесть. И если ты считаешь себя правым, то можешь убить меня сейчас. Если получится.
Если рука поднимется и не дрогнет, когда встретишь мой взгляд.
Я буду смотреть спокойно. Даже покорно. Я буду просто ждать того, что у тебя сдадут нервы, и ты отбросишь в сторону свой тяжелый рыцарский меч.
Ненависть не поможет тебе, потому что ты считаешь себя хорошим. Ты считаешь, что понятие честь – единственное, что у тебя осталось и потерять честь – потерять себя.
А убить безоружного – бесчестье.
Поздно. Поздно понимать, что моя философия просто убьет тебя. Ты уже мертв. Ты делаешь последние вздохи. Разве ты еще не понял этого?
Никогда не слушай, что тебе говорят – слова отвлекают, запутывают, усыпляют. Заставляют думать.
А думать надо после того, как совершил задуманное.
После того, как отомстил.
А теперь поздно.
Прощай, герой. С тобой было приятно побеседовать.
Как жаль, что ты оказался не умнее всех остальных и не нашел изъянов в моих словах. Я оставлял тебе лазейку, но ты слишком глуп.
Я сейчас много говорю.
И именно мои слова убили тебя.
Жаль, что урок извлекать теперь некому.

Еще лошади.
Уже без Марты, но не менее прекрасны.


+3

Отправил на конкурс второй, свежий рассказ.
"Приручение молодых драконов". Прочитать можно тут: www.t-grad.com/fan-zone/tg_2013/
А высказать мнение в комментариях или на форуме: www.vadimpanov.ru/forum/viewtopic.php?f=52&t=17...


А еще там появились рассказы Чоргорр, D. и Berelyn.))

Так как сайт Тиградкома периодически виснет, то еще можно почитать здесь:

Приручение молодых драконов

Приручение молодых драконов

Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Солнечный зайчик проник в просторную спальню, скользнул по подоконнику, затем по постели и оказался на лице спящего мужчины. Тот не стал отворачиваться, чуть улыбнувшись во сне, а затем просто открыл глаза. И ровно мгновением позже зазвонил будильник – по комнате разнеслась птичья трель, добавляя хорошего настроения в солнечное утро.
Мужчина потянулся, садясь на постели, глянул на причудливый артефакт в форме небольшой певчей птички и шепнул ему:
- Доброе утро.
В ответ на кодовую фразу, будильник перешел на более тихую мелодию, а вскоре совсем замолчал. Рыжеволосый, уже полуседой мужчина с теплыми карими глазами, направился в душ. После – на небольшую, уютно обставленную кухню.
Глава драконятни Великого Дома Чудь Морэл ле Гран налил себе чаю, достал из тостера поджаренный хлеб, открыл страницу с новостями «Тиградкома» на планшете и начал завтракать. Ему предстоял обычный насыщенный день. Он ведь не только следил за тем, чтобы в Гвардии Великого Магистра всегда были прекрасно обученные сильные звери, но и сам тренировал и чудов-всадников, и самих драконов. Поэтому Морэл собирался с мыслями, продумывал, что нужно не забыть сделать и заодно уточнял, не случилось ли за ночь чего, что могло бы изменить привычное расписание.
В дверь постучали – настойчиво, резко, и, дождавшись разрешения войти, в апартаментах Морэла появился молодой чуд. Он был встрепан, и в глазах плескалась тревога:
- Морэл! Там… Граф ранен!


Около дракона Морэл и Виктор – так звали сообщившего новость юного рыцаря – оказались почти сразу: порталом. Ле Гран не был сильным магом, но у него всегда был с собой артефакт, открывающий срочный портал в ангары драконов.
Он подошел к лежащему в проходе крупному, темно-бордовому зверю с неестественно вывернутой правой передней лапой. Молодой самец тихо рычал на чудов, что пытались подойти, и как-то оценить повреждения. Лишь завидев Мора, он прекратил скалить острые клыки и выпускать из ноздрей горячий пар. Мужчина подошел к дракону, не трогая того, начал смотреть:
- Что случилось?
- Мы его вели в загон после чистки, когда он начал рычать и вырываться. Пытались утихомирить, как обычно, но в этот момент в другом конце коридора появился Гектор с Дарласом и Граф рванул туда – драться. Дарласа почти сразу прикрыли мороком, чтобы Граф успокоился, но он как раз в этот момент попробовал взлететь и в итоге зацепился крылом за колонну и рухнул на ограждение.
Морэл прищурился. Все знали, что у главы драконятни спокойный нрав, но за ранения драконов не в бою, он наказывал очень сурово.
- Почему он вообще сумел взлететь?! Вы ему не подали команду «земля»?
- Он только вас слушается. – возразил один из чудов, - Поэтому…
- Где лекарь?
- Я уже тут… - со спины дракона показался пожилой чуд, совершенно седой, но с ярким, живым взглядом. Он спокойно обошел дракона со стороны головы и покачал головой, глядя на перелом. По дракону тут же скользнули сканирующие арканы, и доктор еще раз покачал головой, распыляя у носа зверя «пыльцу Морфея», - Перенесите его в загон. Я наложу шину и перевяжу лапу…
- Что можете сказать? – Морэл внимательно посмотрел на лекаря, пока остальные драконоводы готовили огромного зверя к транспортировке – ставили вокруг него маячки грузового портала.
Лекарь пожал плечами:
- Ну, опасного вроде ничего нет, да вот только очень неудачный перелом – порваны связки и кость смещена. Вылечить и вернуть ему подвижность до практически здоровой лапы можно. Но это будет стоить довольно дорого – придется обращаться к эрлийцам. А на такие траты разрешение дает только мастер Бестиария. Так что вам – к нему. – старый чуд достал телефон, набирая номер своего помощника и вызывая его в драконятню. Потом снова посмотрел на Морэла - Я сейчас ему зафиксирую лапу, и пусть он поспит часов шесть. Потом – строго держать, не позволяя на лапу опираться…
- Хорошо, - кивнул учитель и глянул в глаза доктора, - А если разрешения на эрлийцев не дадут, каковы прогнозы?
Дракон провалился в мягкий портал, вместе с большинством рыжеволосых рыцарей, а лекарь вздохнул:
- Ты же не хуже меня понимаешь, что дракон-инвалид под седло не нужен. Отдадут в разведение, может быть. Но насчет разведения… Я помню, у него что-то было не так с родословной, поэтому…
- А если не в разведение? – ответ Морэл и без того знал, но ему нужно было это слышать.
- Тогда его усыпят.


Тенердаль, Врата Большой Дороги
Ему было страшно. Он не раз слышал, что за этими огромными воротами, по бокам которых стояли грозные воины, находится самый совершенный мир во Вселенной. Мир, который принадлежит Тьме, и эта Тьма никому не дает об этом забыть. И сейчас эти ворота были готовы распахнуть огромные створки, за которыми появится черный, всепоглощающий магический вихрь. Тошнота на мгновение подступит к горлу, станет нечем дышать, а потом легкий толчок даст понять, что он в новом месте.
Высокий, широкоплечий, но очень тощий юноша, прижимающий к себе большой сверток с нехитрыми пожитками и сокровищем, подошел ближе, ожидая, когда маги подготовят Ворота и приведут в действие сложный механизм. Сверкнули несколько черных молний, прорезали утренний воздух, облизнули тяжелые створки, и те разошлись, открывая взору юноши то, что он так долго ждал.
Все было так, как он предвкушал. Впрочем, он был привычен к переходам Большой Дороги. Теперь его трудный и долгий путь почти завершился. Оставалось только открыть глаза и не упасть от толчка – он едва не потерял равновесие, когда ступни оказались на твердой земле.
Нет, не так.
Когда он оказался на Земле.
В мире, которым правит Навь.



Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Глава драконятни был не старым – минула только первая сотня лет – но за свою жизнь он испытал многое. В молодости воевал, попал в плен к навам, угодил на допрос. В память о подвалах Цитадели у Морэла остались шрамы, которые он не сводил… Потому что в той же войне похоронил жену и сына. Спустя месяц, второй его сын вызвал на дуэль нава, защищая честь друга, и был убит.
Многие думали, что Морэл тихо угаснет, осыплется пеплом огненная чудская душа, но он нашел в себе силы жить дальше. Драконы стали его отдушиной и смыслом жизни.
Удивительным было то, что Морэл не озлобился на весь мир. Он лишь погасил огонь веселья, который ранее горел ярко, приманивая к себе девушек. Балагур, разгильдяй с рыцарскими повадками, сильный, красивый чуд – когда-то был душой компании. Но война, потери, и спустя полсотни лет от того Морэла не осталось почти ничего… Кроме легкой улыбки и все так же насмешливо прищуренных карих глаз.
Сейчас в этих глазах не было даже искорок веселья. Морэл сидел напротив мастера Бестиария и тяжело смотрел на кряжистого чуда, который вот уже несколько десятков лет возглавлял заведение, которое Орден холил и лелеял. И в котором холил и лелеял разных тварей, считавшихся мифическими у челов. Мантикоры, единороги, камелопарды, грифоны… И еще два десятка видов существ, которые могли заставить трепетать подчас самого сильного воина.
И сейчас этот чуд мог решить судьбу одного конкретного дракона. Самого проблемного дракона, с которым когда-либо приходилось работать Морэлу.
- Ты ведь и сам понимаешь… Он все равно был бы списан в разведение через месяц-два. – мастер Бестиария перелистывал страницы небольшой папки с «делом» Графа. – Дикий, неуживчивый, из всех чудов слушается только тебя, но у тебя для обучения новичков есть драконица покладистая… Значит, под твое седло его оставлять смысла нет.
- Ну, значит, в разведение. – кивнул Морэл, - Меня в принципе устроит и такой вариант.
Рыцарь, сидящий в тяжелом кожаном кресле снова перелистнул страницы в папке:
- Тут, понимаешь ли, загвоздка.
Ле Гран насторожился, а мастер Бестиария продолжил:
- В разведение мы драконов отбираем очень тщательно. Параметры сам знаешь – сила, стать, злость и, главное, приручаемость. Нельзя под седло учить дракона, которого выучить невозможно из-за его дикости. А у этого Графа… Посмотри сам. – он протянул Морэлу лист бумаги, где было тщательно выведена полная родословная дракона. Глава драконятни нахмурился, понимая, куда клонит мастер, - Каждое третье поколение, линия Баргиона – в разведение. Я поднимал документы – они списывались как почти не приручаемые. У нас тогда было не очень много драконов, приходилось экономить… Но сейчас поголовье достаточное, чтобы не допускать в разведение проблемную особь.
Морэл несколько минут молчал, потом тяжело покачал головой:
- Граф не настолько проблемный, чтобы его списывать совсем.
- Но он проблемный. Ты сам это признаешь. Он слушается только тебя.
- Нет, не только…
- Морэл, я не понимаю, почему ты так за него бьешься? – мастер Бестиария поднял рыжую бровь.
Ле Гран посмотрел ему в глаза:
- У него огромный потенциал. Он летает так, что уже способен обогнать самого резвого у нас дракона, его пламя всегда бьет не меньше чем на восемь из десяти по шкале Розенгера, при этом он крупный, сильный самец. И он сможет быть приручен. Просто ему надо найти «своего» всадника.
- И операция на его лапе стоит как его содержание за два года. Ты представляешь себе эту сумму?
- Представляю. Но Граф очень способный.
- И не приручаемый.
- И приручаемый! – Морэл чуть подался вперед, глядя на мастера Бестиария, и в этот момент в тяжелую дубовую дверь громко постучали. Оба чуда обернулись, и хозяин кабинета выкрикнул:
- Входите!
На пороге тут же появился рослый, плечистый рыцарь-узурпатор. Судя по всему, он был выходцем из ложи Драконов. Он оглядел обоих рыцарей алыми глазами и шагнул к столу:
- Капитан де Ланс просил передать, что он готов.
Мастер Бестиария кивнул:
- Хорошо, можешь идти.
Узурпатор щелкнул каблуками и развернулся, почти выходя в коридор, когда его остановил голос мастера:
- Как твое имя, гвардеец?
- Рой фон Торрет
- Отлично! Вот, Морэл, если за две недели твой дракон даст этому рыцарю себя оседлать – я подпишу бумаги на операцию.
От такого предложения опешил не только Морэл, но и узурпатор. Однако, последнему все-таки выучка не позволила спорить со старшим по званию, а вот берейтор драконов вскочил на ноги:
- Он же ничего не знает о драконах! Более того, он – узурпатор! Он же контролировать не может себя!
- Морэл, именно поэтому я указал на него. А ты – учитель езды на драконах. Ты разве не сможешь его научить работать с драконами? И заодно докажешь, что твой Граф приручаем. Две недели у тебя есть. Если получится – тогда вылечим твоего дракона. Согласен?
Рыцарь нахмурился, потом оглянулся на красноглазого мага и кивнул:
- Согласен. Но для этого он должен перейти в драконятни под мое командование.
- Это не проблема. Я согласую вопрос с его командиром, а ты можешь забрать его с собой.
Морэл еще раз оглядел последний шанс на спасение Графа и прошел к дверям. Оглянулся уже в коридоре:
- Пойдем, гвардеец. У меня много работы. Мне надо двух диких драконов приручить друг к другу.



Земля, Империя Навь, Дарант-Гар
В воздухе разносились тончайшие ароматы и юноша, продолжая прижимать к себе сверток, удивленно оглядывался. Эти Ворота располагались среди гор и лесов, и принимали гостей не сами навы, а племя, довольно давно уже служившее темным. Крепкие, рослые, со светлыми волосами и зелеными глазами, люды – как они себя называли – проверяли всех пришельцев сразу по выходу из перехода. И тощий рыжий юноша оказался около невысокой стройной девушки и стоящего за ее спиной громилы с топором:
- Имя, генетический статус, что везешь?
- Мортон, чуд, только вещи… Личную собственность. – юноша выглядел небогато, а его пожитки не вызывали у встречавших людов никакого интереса. Да и одиночки, такие вот как этот не могли быть опасны грозной Нави. Зеленоглазая красавица кивнула:
- С тебя десять монет.
Получив деньги, она перевела свой взгляд на следующего путешественника, а юноша пошел по дороге вперед. Мимо хорошо укрепленной крепости (не всегда гости были одиноки и миролюбивы), мимо нескольких крупных установок с артефактами к виднеющейся недалеко россыпи красивых деревянных домов. Дарант-Гар – главный рыночный город Восточных Ворот. Отсюда Мортон собирался направиться в столицу великой Империи.
Он рассматривал дома, широкие улицы, где торговцы мешались с воинами, где можно было увидеть жителей почти всех обитаемых миров. И хоть эти ворота пользовались куда меньшей популярностью, чем те, которые были ближе к Уратаю, многих сюда приводила невысокая въездная пошлина. И небольшой крюк по Внешним мирам иногда того стоил.
Мортон погладил через ткань сокровище и вздохнул. Ему предстояло преодолеть больше половины континента, чтобы пройти от Дарант-Гара к Уратаю. Главное для него – успеть. Иначе все было напрасно.
У него было два варианта: можно было рискнуть и заработать немного денег, чтобы просто оплатить портал в Уратай или перелет туда, но сумеет ли он найти здесь работу? Какую, как быстро, да и чем может заняться кочующий воин? Второй вариант – это присоединиться к каравану, что снаряжались как раз в этом торговом городе. И вместе с ним, например, в качестве охранника или просто помощника добраться до столицы Навской Империи. Проблема была только в том, что у него было не более четырнадцати дней, чтобы оказаться в нужном месте.
Мортон остановился напротив шорной лавки и спросил у торговца, где можно найти караваны.


Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Над тремя шпилями Замка простиралось высокое ярко-голубое небо. Широкоплечий, но при этом суховатый чуд глянул на полуденное солнце и погладил своего верного зверя. А затем перевел взгляд вдаль, туда, где у второго контрольного пункта сражались за флаг восемь всадников на драконах. Засек время на секундомере и поймал взгляд немолодой уже драконицы, на которой сидел.
- Сейчас пойдем туда, Илая. Видишь, они как раз почти вернулись… - он тронул пятками бока ящера, и та раскрыла широкие кожистые крылья, а затем мягко снялась с крыши, планируя вниз, на крышу пониже, где была расположена специальная площадка для драконов.
Рев крупных драконов, их рычание, азартные переругивания всадников были слышны еще метров за тридцать до их появления из-за башни. Когда восемь молодых чудов усадили своих зверей на площадку перед учителем, тот коротко, но емко объяснил ошибки, поздравил с успехами рыцарей. А потом дал команду спускаться вниз.
Во внутреннем дворике рыжие всадники спешивались, заводили зверей в ангары, а Морэл, приказав Илае ждать, направился к стоящему в стороне Рою. Рыцарь-узурпатор рассматривал огромных тварей со странным выражением лица. С одной стороны это был тотемный символ его Ложи, но с другой, фон Торрет не увлекался животными и в его семье никогда не держали даже собак, не говоря уже о модных в этом сезоне карликовых василисках и прочих зверей. Поэтому о том, как обращаться с животными вообще, он имел очень смутное представление. Обсуждать приказ капитана, с которым таки договорился мастер Бестиария, у Роя даже мысли не возникло. Пожалуй, ему самому стало интересно – сможет ли он выполнить приказ и оседлать дракона? Хотя, в чем проблема? Можно же тварь просто привязать и надеть на него седло. Правда, вряд ли это понравится самому дракону…
Морэл хмыкнул, и, словно прочитав мысли рыцаря, произнес:
- Самое главное, чтобы дракон тебе доверился. И позволил собой управлять.
- У нас же мало времени, чего мы ждем? Может, пойдем к нему прямо сейчас?
Учитель покачал головой:
- Нет, я хочу, чтобы ты сначала понял, как себя ведет дрессированный дракон. На земле и в воздухе.
- И в воздухе? Мы будем летать? – уточнил Рой. И, получив утвердительный кивок, снова посмотрел на небо. А Морэл повел его к драконице. Илая, увидев, что любимый всадник снова рядом, опустила здоровую морду, обнюхивая кожаные брюки чуда. Он рассмеялся, погладил ее по чешуйчатому носу и кивнул фон Торрету:
- Ты прочитал те инструкции, что я вчера дал?
Тот кивнул, с сомнением оглядывая серого дракона.
- Отлично, тогда давай начнем…
После краткого инструктажа и рассказа о том, где и что находится на сложной сбруе, Морэл приказал Рою забраться в седло и одел на того страховочный пояс, не позволяющий рыцарю упасть с дракона, даже если его выкинет из седла. Взял повод и повел Илаю по площадке шагом за собой.
- Я знаю, что вас сейчас учат давать выход своей злости и ярости. Что учат не скрывать эмоции… Но постарайся на эти две недели начать их обуздывать. Итак… Драконы – хищники. В природе они охотятся на всё, что могут найти и держатся обычно стаями по две-три особи. Чаще всего это самка и пара самцов – они ее защищают, делятся пищей и от них обоих она может нести яйца. Мы воспитываем драконов в неволе и тут дракону семью заменяем именно мы – всадники, берейторы, драконоводы. Мы приручаем их с того самого момента, как они вылупятся – первые, кого они видят – это чуды, а не мать. Это облегчает воспитание. Драконы обладают очень высоким интеллектом для животных. Заметь, я не говорю, что они разумны – интеллект это еще не разум. Почему я заговорил с самого начала об эмоциях: драконы прекрасно их чувствуют. На злость они заводятся сами, и если ты на драконе в бою – то это только плюс – тогда атака сильнее. Но если тебе нужно завоевать доверие дракона, позволить ему тебя носить – то твоя ярость может привести к тому, что ящер тебя атакует. Не буду рассказывать, чем может закончиться такая драка, ты и сам прекрасно это представляешь.
Рой, пытающийся приноровиться к походке драконицы, чуть заинтересовано посмотрел на Морэла:
- Но если драконов приручают с рождения, почему того дракона не приручили?
- Приручили. – ле Гран нахмурился, - Но процесс идет в три стадии. Первая – доверие – дракончика учат брать еду с рук, позволять себя трогать, чистить, лечить, если надо. Более его не дрессируют, пока ему не исполнится полгода. С полугода вторая стадия – команды. Это уже дрессура, это тяжелее, ведь дракона заставляют делать что-то по чужому приказу. Сидеть, лежать, собрать-расправить крылья, нельзя, «земля» и многие другие команды. Вот на этой стадии Граф уже начал показывать характер.
- А если его заставить подчиниться? – вскинул бровь узурпатор.
- Заставлять – нельзя. – отрезал Морэл, - Настоять – можно, но заставлять болью и насилием ни в коем случае. Потому, что нельзя добиться от животного полной выкладки, если оно боится боли, если шарахается от звука твоего голоса или любой команды. В небе ты доверяешь дракону жизнь, а ты сможешь доверять запуганному рабу?
Рой задумался, потом понимающе кивнул:
- Нет, не смогу. Но если так, то зачем Граф нужен Ордену?
Глава драконятни очень тяжело посмотрел на рыцаря. Он хотел было сменить тему, но если он собирался сделать так, чтобы у этого узурпатора получилось сойтись с Графом, надо было отвечать на вопросы. Тем более, такие.
- Он на самом деле может ходить под седлом. И слушается меня. Но только меня – и в этом проблема. В остальном, это очень сильный, крупный дракон. Он действительно хорош для Гвардии. Кроме того, Граф – один из самых умных драконов, что мне доводилось видеть. И очень верный.
Морэл оглядел Роя, а потом кивнул:
- Так, теперь работать! Повод в руки пока не бери, чуть наклонись вперед, обопрись руками о ее шею… Чуть выше можно, давай под самые шипы руки. А теперь взлетайте! – Морэл коротко голосом подал драконице команду, и та расправила крылья, готовясь к взлету.
- А я? Я же не… - рыцарь-узурпатор зло посмотрел на учителя, но тот только усмехнулся в аккуратные усы, перекидывая повод через голову дракона:
- Она сама все знает. Сейчас взлетите и потом вниз сразу. Не бойся!
- Я не боюсь! – огрызнулся Рой, и в этот момент Илая сделала несколько крупных прыжков вперед для разгона и взметнулась в небо.


Земля, Империя Навь, плато Шах’Драт’Тар
Чем дальше они отъезжали от леса на юг, тем теплее становилось. Рослые мохнатые тангоны поводили рогатыми головами, вдыхая незнакомые ароматы, и более резво ступали по мощеной серым камнем дороге. Мортон покачивался в седле, зорко вглядываясь вперед: несколько дней назад каравану пришлось отражать нападение каких-то странных дикарей в красных платках, повязаных на лысые голосы и с тех пор рыжий юноша старался внимательнее следить за дорогой.
В Дарант-Гаре ему удалось примкнуть к шасскому каравану в качестве разнорабочего. Пожилой Ганрат Кумар минут пять рассматривал рыжего воина, оценивая его рост, силу, потом проворчал:
- Сколько хочешь?
Мортон ответил, что если его будут кормить, и он с ними доберется до Уратая, его это устроит. Тогда шас фыркнул, некоторое время еще сомневался, а потом согласился взять чуда в караван. Тем более, что как раз искал кого-то, кто умеет и мечом владеть и если надо, за животными проследить. Так юноша оказался среди десятка шасов, пятерых разношерстных охранников и шестнадцати тангонов. В Таг’Наарте к каравану примкнул шаман-дарлак, заплатив Ганрату чуть меньше ста монет, и с тех пор Мортон неизменно видел его неподалеку от себя.
Такое внимание настораживало юношу. Он то и дело проверял на месте ли сокровище. Раз за разом убеждался, что все в порядке, но старался оказаться на другом конце каравана от шамана.
Дарлак же, невысокий, тощий, как и все представители его народа, изучал чуда огромными фиолетовыми глазами, напрочь лишенными белков. У шамана были длинные белые волосы, серая кожа и кошачьи черты худого лица. И не смотря на поистине птичью сухость и угловатость, двигался он с кошачьей же грацией. Дарлака звали Оренхой-Гантар-Ууртос и в караване его быстро сократили до Орена. Воины иногда обращались к нему с просьбами зачаровать оружие, шасы спрашивали о погоде на ближайшие дни и дарлак, не смотря на то, что оплатил свой проезд, соглашался сделать всё, о чем его просили. Он работал на энергии Звездного дерева, но со своими странными арканами, которые не походили на классическую магию. И не брал за свои верные предсказания ни монеты.
К седьмому дню пути Мортона раздражало в шамане все: его глаза, его привычка облизывать верхнюю губу мелким острым языком, его постоянные взгляды в сторону самого чуда, его походка, то, как он управлял своим тангоном… Но юноша старался не показывать неприязнь, внимательно следя за своим сокровищем.
А на девятый день пути, после того как весь караван воспользовался порталом, что перенес их на плато Шах’Драт’Тар, на них напала стая диких камелопардов.


Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Дракон, узнав берейтора, низко зарычал, поводя крыльями. В золотых глазах зверя проснулась агрессия, но это было следствием боли и того, что Граф уже вторые сутки был частично обездвижен.
Морэл покачал головой, подходя к темно-бордовой бестии ближе и мягко, аккуратно поглаживая по носу. Граф успокоился, но ровно до того момента, как фон Торрет переступил порог его загона. Увидев совершенно незнакомого рыцаря, дракон зарычал с новой силой, пытаясь кинуться вперед, но был остановлен властным окриком Морэла:
- Нельзя! Граф, это – свой. И я настоятельно тебе рекомендую с ним подружиться.
Рыцарь даже не дернулся, когда дракон попытался атаковать его, только в алых глазах зажглись огоньки ярости:
- Вы же говорили, что они не разумны!
- Не разумны, но они понимают интонации, эмоции, пожелания. – Спокойно пояснил ле Гран, - И если с ними говорить, то они гораздо лучше приручаются. Он не разумен, но он личность, Рой. Он мог бы стать вожаком стаи, старшим среди троих. Он бы защищал друга и самку. Поэтому важно добиться его доверия и уважения, а не силой принудить. И… чтобы ты впредь не думал ни о чем таком, ты должен понимать: возможно, опоив успокаивающими дракона, ты и сможешь надеть на него седло, но этим ты не проведешь мастера Бестиария. Не говоря уже о том, что я этого не позволю.
- То есть мне придется распинаться перед этим животным, чтобы он меня признал?! – зарычал рыцарь-узурпатор. На его пальцах появились огоньки «шаровых молний» и он в бешенстве посмотрел на учителя.
И в этот же момент между ними оказалась оскаленная морда дракона. Роя обдало горячим дыханием огромной твари, и узурпатор все-таки сделал шаг назад. Потому, что понимал – на таком расстоянии истинное дыхание дракона его испепелит за несколько мгновений. В золотых глазах Графа чуд увидел холодную злость и ненависть. Он замер, начиная строить аркан защиты, когда Морэл очень спокойно спросил:
- Тебя когда-нибудь так защищали только от крика? Ты можешь представить, как он себя поведет, если ты тронешь меня? Ему будет плевать на свою сломанную лапу и на то, что ты можешь его убить. Он кинется на тебя и будет атаковать до тех пор, пока ты не перестанешь угрожать мне или он сам не погибнет… Хотел бы, чтобы тебя так защищали?
Защитный аркан смялся сам собой, когда Рой чуть ослабил концентрацию. Рыцарь с удивлением понял, что слова полуседого учителя что-то затронули в нем. Он по-прежнему не двигался, смотря в глаза гордому дракону, а потом погасил «шаровые молнии» и твердо ответил:
- Да, хотел бы.
Морэл обошел морду Графа, погладил его по носу, чуть отодвигая и дракон тут же, почувствовав, что опасность другу не грозит, ткнулся под локоть ле Грану, явно чего-то от него ожидая. Тот вздохнул, достал из кармана несколько крупных гранул лакомства и протянул дракону:
- Бери, попрошайка.
А затем снова посмотрел на Роя, улыбнувшись ему:
- Если хочешь, то нам надо начинать работать. Вот… - он достал еще немного и отдал фон Торрету.
- Покормить его? – понятливо ухмыльнулся рыжий, намереваясь уже приблизиться к дракону, но Мор его остановил:
- Нет, съешь сам. – и, в ответ на ошарашенный взгляд алых глаз, закинул одну гранулу себе в рот, - Это даст ему понять, что отныне ты член его семьи.
Узурпатор замер, раздумывая и сомневаясь, а потом аккуратно попробовал угощение.
На вкус гранулы оказались отвратительными.




Земля, Империя Навь, плато Шах’Драт’Тар
Твари выскользнули из темноты, атакуя как только оказались на расстоянии прыжка. Пятнистые шкуры, вытянутые морды, с длинной узкой зубастой пастью, сильные лапы с острыми когтями. Поодиночке камелопарды не были опасны каравану, но такая крупная стая могла причинить огромный вред. Сторожевые артефакты сработали, как только первый камелопард пересек невидимую магическую черту: и тут же по тревоге оказались подняты все. Воины кинулись отражать атаку, погонщики – уводить животных с грузом подальше, а шаман-дарлак, раскинув руки в стороны, начал читать какое-то свое заклятье.
Мортон сражался в первых рядах, ловко уворачиваясь от зубов и когтей тварей, рубя тонкие шеи мечом и отшвыривая от себя мертвые туши. Рядом, плечом к плечу, бился рослый крепкий люд, чуть поодаль сражался еще один, и чуд чувствовал себя на своем месте. Сейчас, в пылу боя, он даже не помнил о сокровище и о своей неприязни к шаману. Битва поглотила его всего…
Когда юноша перевел дух – оставшиеся в живых камелопарды предпочли бежать – оказалось, что его тангона звери загрызли и тушу, вместе со всеми вьючными сумками, утащили в свою нору.
Мортону не было жалко вещи, но в сумке было сокровище.



Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Через неделю постоянного общения, Граф уже спокойнее реагировал на присутствие рядом фон Торрета. Он не рычал на узурпатора, хотя гневно щурился, по-прежнему не желая мириться с наличием в своем загоне чужого рыцаря.
На девятый день тренировок Морэл принес с собой седло и сбрую. Он положил все это на полочку у входа, и оглянулся на фон Торрета:
- Обрати внимание – сейчас я буду его седлать, и покажу тебе, как это делается. Потом ты попробуешь к нему подойти с чем-нибудь из сбруи.
- Он же ранен, его разве можно трогать? – Рой за прошедшие дни уже несколько раз обдумал мысль приручения дракона, и пришел к выводу, что оно ему скорее не надо – тем более, что агрессивную тварь нельзя было укрощать так, как это привык делать яростный узурпатор.
- Я не буду затягивать ремни, поэтому можно. Ну и не стану трогать места рядом с гипсом. – Морэл протянул Графу несколько крупных кусочков лакомства и, похлопывая зверя по шее, подошел к тому, кладя на жесткую кожу ящера седло. Ловко закрепил на шее несколько ремней – не затягивая – продел через специальные кольца повод и в самом конце надел на огромную морду дракона узду. Обернулся на Роя.
- Вот ты должен суметь сделать то же самое. И потом аккуратно сесть в седло – на незакрепленных ремнях оно будет держаться некоторое время, если дракон не захочет тебя скинуть.
- А если захочет?
- Если тебе не удастся завоевать его доверие – и захочет. И скинет, вместе с седлом. – Спокойно ответил Морэл, снимая всю сбрую и укладывая на прежнее место. – Давай, попробуй. И увидишь самую главную проблему в приручении Графа.
Фон Торрет, чуть помедлив, взял в руки седло и подошел к дракону. Граф тут же оскалился и низко зарычал. Он расставил крылья шире, выгибая шею, из ноздрей потянулись тонкие струйки дыма. Рой фыркнул, шагая ближе, намереваясь одним движением набросить седло на спину зверя. Но тут же оказался откинут в сторону мощным ударом здоровой лапы и рядом, в нескольких сантиметрах от лица чуда, клацнули зубы твари.
Рой вскочил на ноги, мгновенно оказываясь в боевой стойке и рыча не хуже нависшего над ним дракона:
- А ну успокойся, скотина зубастая! Я ж тебе покажу, как на меня рычать! – он резко, без замаха, ударил дракона седлом по морде, заставляя убрать ее подальше. Но против ожидания рыцаря, Граф только чуть отодвинул зубастую пасть в сторону, а затем сомкнул мощные челюсти на крыле седла, прокусывая твердую, покрытую латными пластинами кожу. Рычание, что чуда, что дракона не умолкало ни на мгновение.
Морэл встал рядом с ними, громко скомандовав:
- Тихо! Граф, брось седло! А ты Рой, держи его, чтобы не упало!
Дракон и рыцарь послушались – в обоих сработала натренированная привычка подчиняться приказам. После того как два дракона расцепились, учитель встал между ними, гневно смотря то на одного, то на другого:
- Граф, кто тебе разрешал портить седло? Стыдно! – темно-бордовая тварь пригнула голову к покрытому песком полу, тихо ворча. Морэл перевел взгляд на фон Торрета, - А я тебе говорил не бить дракона? Тем более седлом! Вычту из жалования стоимость починки. Ясно?
- Ясно. – Зло отозвался Рой, - Но этот дракон неприручаем! Он дикий и злобный! Ему самое место в могиле!
Неожиданный удар почти свалил Роя с ног. Ле Гран редко когда злился – слишком трудно было вывести из себя спокойного учителя – но сейчас он прищурился, потирая костяшки пальцев:
- Если ты неспособен просто выполнять приказы – тебе не место в Гвардии великого магистра! Пошел вон!
Рой, потирая нижнюю челюсть, сверкнул злыми алыми глазами и, ни слова более не говоря, вышел в коридор, с треском захлопнув ворота загона Графа.
А Морэл положил седло на место и погладил дракона по морде:
- Ничего, мой хороший, я сам найду денег, чтобы тебя вылечить. Справимся без этого остолопа.
Зверь ткнулся носом в грудь чуда, тихо урча, и шумно вздохнул.
Словно понимал каждое сказанное рыцарем слово.



Земля, Империя Навь, плато Шах’Драт’Тар
От каравана пришлось отделиться. И хотя Ганрат был доволен столь малыми потерями и не желал отпускать хорошего воина, Мортон все-таки настоял на своем.
Правда, как оказалось, шамана тоже больше нет в караване. Шас поцокал языком, порадовался, что тот заплатил вперед и посчитал, что выжить в такой стае диких тварей просто невозможно. Вещи дарлака оставили на его тангоне, и, караван двинулся в путь без двоих путешественников.
Только когда последний мохнатый зверь скрылся из виду, чуд дал волю отчаянию. Он ударил по стволу ближайшего дерева, рыча от досады и злости. Юноша корил себя за то, что не уследил за сокровищем и теперь пытался понять, что же ему делать. Не проверить, есть ли какой-то шанс спасти его, он не мог. Но соваться в одиночку в логово камелопардов было самоубийством…
Мортон не стал прятать меч. Проверил, нет ли на нем чего-то издающего звуки, затем прикинул, с какой стороны дует ветер. Подготовившись, стал медленно идти сквозь горный лес, аккуратно обходя сомнительные участки, которые могли обвалиться или выдать его присутствие.
Отчетливый запах гнили и кровавый след привел его ко входу в пещеру, откуда доносились ворчание, пыхтение и короткое взрыкивание. Звуки, издаваемые камелопардами, трудно было перепутать с чем-либо иным. Мортон лег у крупного валуна, неподалеку от входа, вглядываясь в темноту впереди.
По его прикидкам, в пещере от всей стаи осталось около десятка тварей. Это было больше, чем он сможет одолеть. Значит, требовалось проникнуть туда хитростью и достать из вещей сокровище если его еще не сожрали камелопарды. Скорее всего, труп шамана пушистые бестии растерзали где-то в лесу, или Мортон на него наткнется здесь же – если черные звери принесли его потомству.
Юноша поискал взглядом останки животных и увидел умирающего камелопарда. Он неслышно скользнул к нему, добивая точным ударом, а затем быстро освежевал, стягивая кожу. Морщась от отвращения, натянул шкуру на себя и пошел к логову зверей. Шкура замаскирует запах самого чуда, и позволит хотя бы зайти в пещеру и оглядеться…
Оказавшись в «норе», Мортон очень быстро скользнул в ее глубину, подальше от входа. Увидев удобную нишу, спрятался в ней и замер. Глаза привыкали к темноте очень медленно, и первое, что увидел чуд, было тело шамана. Орен лежал в позе эмбриона, с разорванным плечом. Юноша нахмурился, а потом начал пробираться дальше, мимо тела дарлака. И едва не вскрикнул, когда цепкие пальцы ухватили его за лодыжку.
Фиолетовые глаза шамана фосфоресцировали в темноте. Он приподнялся на израненном плече, второй рукой удерживая чуда и одними губами, без звука, прошептал: «Помоги.»
Мортон замер. Потом быстро кивнул:
- Я сейчас. – Так же, без звука, ответил юноша, собираясь ползти дальше, туда, где слышалось чавканье и скрежет разрываемой кожи седельных сумок. Дарлак покачал головой и чуть распрямился – открывая взору спрятанное его телом сокровище.
Чуд едва удержался от того, чтобы не кинуться к нему, проверяя, все ли в порядке, но остался на месте. И без того было ясно, что если бы сокровище было как-то повреждено, то он бы заметил это сразу. Мортон медленно кивнул, перемещаясь обратно к шаману и указывая взглядом на выход. Щуплый Орен позволил юноше забрать то, что тому было сейчас дороже всего и тот, одной рукой прижимая к себе сокровище, второй приподнял раненого шамана, почти взваливая себе на спину.
Мортона удивила легкость дарлака – он даже не представлял, что тот весит не больше молодого барашка. Шаман сцепил зубы, чтобы не застонать от боли и не привлекать внимания камелопардов, и оба путешественника медленно двинулись к яркому свету. Когда до выхода оставалось сделать всего пару шагов, чуд услышал, что чавканье за спиной прекратилось, вместо этого огромные бестии начали громко урчать – недовольно, раздраженно, а затем снова наступила тишина.
Чуд понял – камелопарды готовятся атаковать. Ведь всем известно, если рядом что-то слышно, то зверя можно не опасаться, но если наступила тишина – бежать практически бесполезно. Понимая, что сейчас все зависит от его умения сражаться, юноша выхватил меч, буквально всучив сокровище дарлаку и с криком:
- Беги! Отнеси в Уратай, если я не выживу! – рубанул по скользнувшей перед ним твари. В темноте перед чудом зажглись пять пар злых глаз.
А за спиной он слышал шаги убегающего шамана. И сейчас это его радовало.


Тайный город, бар «Угрюмая пауза»
Морэл несколько минут смотрел на опустевший бокал, а потом налил себе и сидящему напротив долговязому наву коньяка.
- Вот в том-то и дело… Понимаешь, я никогда не учил общаться с драконами тех, кому это не надо. Если к нам в драконятни приходят будущие всадники, они приходят, зная чего хотят. Им интересно учиться, им нравятся эти звери, они грезят небом и победами.
- А этот? – Тэрга, нав, гарка, но при этом еще и наставник тех, кто только начинал свой путь в качестве воина Темного Двора, внимательно посмотрел на чуда.
- А этот… Он не хочет никак взаимодействовать с Графом. Граф и так никого особо не слушается, разве что позволяет себя отвести из загона на прогулку, еще куда. А тут еще и узурпатор. Понимаешь, это ж машина убийства, без единой мысли в голове! Чем только думал мастер Бестиария?! – Морэл обнаружил, что бокал снова пуст и, успокоившись, вздохнул, отодвигая его от себя.
Нав покачал головой:
- Ну, может быть, еще получится? Остынет рыцарь, да и дракон же лучше воспринимает того, кого видит часто.
Рыжеволосый мужчина сокрушенно покачал головой:
- Я Роя прогнал. Сказал, чтобы шел вон, если не умеет делать все по-хорошему.
Сразу слов у Тэрги не нашлось. Потом он медленно допил свой коньяк и спросил:
- А с другой стороны… дался тебе этот парень, а? Может быть проще собрать на операцию самим? Я знаю, как тебе дорог Граф, могу подсобить деньгами. Сколько стоит его лапа?
Чуд негромко назвал сумму. Гарка несколько секунд не сводил с него взгляда, а потом выругался на навском. Коротко, но очень заковыристо. Морэл кивнул:
- В том-то и дело. У меня столько денег нет. Даже у нас с тобой столько денег не будет. Одалживать такую сумму… Сам понимаешь, не к шасам же идти с их-то процентами.
- Понимаю. У меня, и правда, столько нет. Даже половины. Но четверть точно могу дать.
Глава драконятни тяжело вздохнул:
- Я все равно не могу принять такую сумму. Даже в долг, не говоря уже о прочем.
Тэрга прищурился. Черные глаза и без того, не отражающие свет, стали напоминать два узких темных провала:
- Мы с тобой слишком давно дружим, чтобы ты сейчас говорил о каких-то долгах и «не могу». Возьмешь деньги и вылечишь Графа.
Морэл помолчал, а затем разлил оставшийся в бутылке коньяк:
- У меня тоже есть четверть в личных запасах. Осталось найти еще половину суммы. Есть идеи?
Здравых идей, как оказалось, не было ни у нава, ни у чуда.



Земля, Империя Навь, устье реки Траггер
Костер весело хрустел ветками, освещая сидящего высокого худого воина с всклокоченными рыжими волосами и щуплого, маленького шамана. Оба путешественника молчали, отдыхая после бегства из логова камелопардов.
Мортон морщился от боли в ногах – несколько кошек зацепили его своими когтями, Орен аккуратно смешивал какие-то травы, найденные неподалеку с водой, шепча что-то над ними. А потом пододвинулся к чуду, накладывая травы на его раны. Юноша покачал головой:
- Тебе тоже надо.
Дарлак тихо рассмеялся:
- Я заговорил рану, мы можем… себе так. Поэтому это – тебе. Путь недолгий остался впереди, но надо успеть.
Мортон вздрогнул:
- Откуда ты знаешь? – и понял, что спросил глупость. Разумеется, шаман знает. Чует – если уж видел сокровище без свертка. Юноша отвел взгляд, поглаживая сокровище, теперь лежащее рядом, почти у самого огня.
Шаман закончил с травами и начал забинтовывать ноги Мортона:
- Ты не меня шел спасать, а его, да?
- Да. – Таить правду чуд не видел смысла, да и принципы не позволяли лгать, - Я думал, что ты мертв.
- Я тоже шел его спасать. – дарлак поднял на юношу фиолетовые глаза. Мортон, склонив голову набок, удивленно спросил:
- Но почему?
- Я видел, как твоего тангона они утащили. Я знал, что у тебя там и оно тебе дорого. Ты очень целеустремленный и ты делаешь это не просто так. Ты торопишься, но зачем ты вообще это делаешь? Это загадка для меня, но я тебя уважаю. И я не хотел видеть твою печаль: камелопарды уничтожили бы его в первую очередь. Поэтому я пошел следом – спасти.
Чуд не нашелся, что ответить. Он несколько мгновений молчал, а потом просто склонился перед шаманом, выражая тому свою признательность.
- Я был не прав, когда думал, что ты хочешь его похитить.
- А я хотел. – лукаво ответил дарлак, запахиваясь в свой порванный плащ. – Но потом поговорил с Манверхаймайной и понял, что это твоя судьба и я не могу вмешиваться.
- Манверх…? С кем? – Мортон вскинул рыжую бровь, не расслышав слово.
- Это Ткач Пути. Тебе не понять. – Дарлак встал, накидал веток неподалеку от костра – недавно срезанных, пахнущих древесным соком – и сел на них, сложив ноги замысловатым узлом, - Но за то, что ты меня спас, я спасу твое ненаглядное.
Юноша вздрогнул, и, протянув руку, погладил сокровище:
- Ты сделаешь так, что я смогу не торопиться в Уратай?
- Нет. Я сделаю так, что оно не сгинет даже спустя много тысяч твоих жизней.



Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Двое суток Морэл, почти без сна и отдыха носился по всему Тайному городу, разыскивая возможность добыть денег. Он отменил часть занятий, но не собирался отменять визиты к раненому дракону. Но если вчера у него появилась возможность выбраться к Графу днем, то сегодня это стало возможным только ближе к полуночи.
Ангары драконов в это время пусты и тихи. Слышно только ворчание огромных зверей, их шумные вздохи, изредка рычание или шаги драконоводов, что дежурят круглосуточно. Чуд прошел по широкому коридору, и свернул в еще один – тот, который вел в загон Графа.
И замер. В загоне его любимого дракона кто-то был. Морэл, недолго думая, накинул простой морок, чтобы стать невидимым, и скользнул к дверям.
У самого входа стоял Рой.
Морэл настолько удивился, что застыл, не двигаясь, опасаясь даже дыханием выдать свое присутствие, хотя прекрасно понимал, что морок скроет всё и от всех.
А рыцарь-узурпатор, тем временем аккуратно подходил ближе к скалящемуся Графу, протягивая на раскрытой ладони несколько гранул лакомства:
- Тише, успокойся, драконья башка. И хоть ты вредная тварь и мне из-за тебя теперь платить за седло… Не правильно это, подставлять Морэла. Да и тебя тоже. Так что, смотри, у нас осталось три дня. И я должен на тебя сесть. А ты – меня не скинуть, ясно?
Дракон чуть раскрыл крылья, начиная рычать. Но, видимо, в этот раз Рой решил держаться дольше, чем обычно, поэтому не начал в ответ ругаться на Графа. Чуд сделал еще шаг вперед, не сводя взгляда алых глаз с золотых глаз дракона:
- И нечего показывать тут характер. Кому ты сделаешь лучше? Себе? Так тебя на мясо сдадут, придурок. Знаешь, какая уже очередь на твои кости, кожу и прочее? Мне так точно плевать на тебя. Только подставишь хорошего чуда. Поэтому, успокойся, скушай лакомство, и давай попробуем надеть на тебя седло.
Граф в ответ заворчал, шире разводя крылья, и из его ноздрей пошел горячий пар. Чешуя вокруг головы чуть встопорщилась. Это был уже опасный признак, поэтому Морэл шагнул, было, вперед, но сдержался. Приготовил огнеупорный аркан, с тревогой следя за тем, как будут разворачиваться события.
- Тихо! – скомандовал Рой, преодолев последние несколько футов, что разделяли его и пасть дракона, и замер перед ним. Бесстрашия узурпатору было не занимать. Он стоял и по-прежнему смотрел в глаза дракона, не отводя взора. – Спокойно, Граф! Смирись с тем, что я не успокоюсь, пока ты не станешь меня слушаться!
И в этот момент дракон резко рванул вперед – не весь, его тело все еще было опутано арканами и ремнями, чтобы не дать ему опираться на больную лапу, но движения головы на длинной мощной шее хватило, чтобы сбить стоящего перед ним рыцаря с ног. Рой рухнул на спину, и тут же попытался вскочить, но Граф прижал его оскаленной пастью к каменному полу, рыча все громче, и узурпатора почти опаляло горячим дыханием дракона.
Ситуация стала опасной. Морэл поднял руку, начиная накидывать аркан, но в этот момент Рой закрыл глаза… и протянув ладони к носу Графа медленно начал его от себя отодвигать. Страха и злости даже сейчас не было в красноглазом рыцаре.
И дракон поднял голову. А Рой, ухватившись за нее, встал на ноги. Подняв с пола гранулы, снова протянул Графу.
- Всё, молодец. Ты страшный и грозный, я проникся. Теперь успокойся и ешь.
Чуть подумав, Граф взял гранулы с ладони чуда. Бережно и аккуратно.
Так, как брал угощение только у самого Морэла.



Земля, Империя Навь, окраина Южного Каамана
Пешком идти было гораздо труднее. За прошедшие трое суток из четырех оставшихся, Мортону и Орен удалось преодолеть только половину пути. Чуд нервничал, постоянно проверял сокровище, но он не понимал магии, что была на него наложена и потому, никак не мог убедиться, что все в порядке. Шаман говорил, что пока опасности нет, только это не успокаивало юношу. Видеть на горизонте далекую скалу, что была в самом центре Уратая, и не иметь возможности оказаться там через сутки – это было слишком мучительно для рыжего воина.
К вечеру они вышли на широкий тракт, и идти стало проще. Мортон рассчитывал попробовать присоединиться к каравану, но на ночь глядя это было почти несбыточной мечтой. Кроме того… Здесь, на плато, неподалеку от Уратая воины не были нужны, а денег у него не было. Точнее, деньги были, но этого не хватит чтобы оплатить дорогу – несколько монет могли помочь только в придорожном трактире и снабдить путников двумя стаканами вина и средним ужином. Или же ночлегом.
Когда впереди загорелись огни небольшого города, Мортон предложил дарлаку направиться туда. Шаман, подумав, согласился.
Ближайший трактир оказался вполне пригодным для отдыха, и, подумав, юноша заплатил моложавому шасу деньги за ночлег. О том, чтобы за сутки преодолеть оставшееся расстояние речи не шло – и это Мортон понимал – а потому, несколько часов, потраченные на отдых ничего не решат.
Оставив шамана с сокровищем в комнате, юноша спустился на первый этаж. Туда, где за деревянными столами разместились многочисленные караванщики, путешественники, воины… Он хотел хотя бы попытаться найти способ попасть в Уратай до завтрашнего вечера.
В небольшом помещении пили, ели, разговаривали – шумно и весело. Кому-то привалила удача, и он ею хвалился:
- Вчера, представляешь, подходит ко мне нав. И говорит: заберу все, если сможешь сделать на них еще гравировку особую! А я что? Я сбегал к Тениру, что там как раз недалеко, и договорился с ним. Представляешь, разом – все, что было!
- Да ну, не верю!
- Клянусь кошелем Спящего! Думаешь, я бы сейчас ехал домой, уже с полными закромами товара для Грен’Атра?
Мортон, слушая эту беседу, сжимал зубы почти до хруста, чувствуя несправедливость – ему удача как раз не помешала бы, а достается каким-то торговцам. Носатых черноволосых шасов чуд недолюбливал – эти пройдохи готовы были раздеть до последней рубашки, лишь бы получить прибыль. И в некоторых мирах их считали бедствием почище разбойников. Тем более, что разбойников не защищает Империя Навь, которую предпочитали обходить стороной и не задевать. И были готовы на всё – налоги, подарки, вассальные присяги – лишь бы Темный двор оставался на Земле и не совался во Внешние миры. Потому, что все помнили мир Барна-Гу, уничтоженный полностью. Не было теперь ни одного барнагейца и никто не хотел даже знать, чем они перешли дороги Нави…
Юноша сидел на лестнице, хмуро глядя на толпы путешественников. Досада, обида, горечь крепли с каждым ударом сердца, и, плюнув на всё, чуд вернулся в комнату ночлега. Дарлак, устроившийся на небольшом коврике посреди комнаты, поднял на него чуть светящийся взгляд:
- Не получилось?
Чуд отрицательно покачал головой:
- Я не очень умею ладить с кем-то в толпе народа. – Сказал, и осознал, как жалко это прозвучало. Но шаман, казалось, не обратил на это внимания:
- Я тоже не умею. – тонкие длинные пальцы погладили сокровище, - Я буду делать обряд. Сегодня, скоро уже. Но сначала… Я хочу знать, откуда это у тебя. Я вижу, что оно тебе дорого. Но теперь хочу знать – почему.
Юноша, подумав, сел рядом с Ореном, притянул сокровище к себе и тихо начал рассказывать:
- Я родился в далеком отсюда мире, вряд ли тебе что-то скажет его название… Тем более, что я и сам его не очень хорошо помню. Мы, чуды, кочующие воины. Дети удачи. Там нанимаемся на службу, здесь… Я рос хорошим сыном своим родителям, заботился о младших сестрах. С пяти лет уже умел прилично держать в руках нож. Не зарезал бы никого, но, если надо было бы – точно сумел бы ранить врага. – Мортон посмотрел на полную луну, что самым краешком заглянула в окно, - Когда мне исполнилось шестнадцать, наш клан оказался свидетелем большой битвы между навами и какими-то дикими племенами – те повадились грабить шасские караваны, за что и были наказаны. Навы прибыли на драконах – тогда я впервые увидел их… Спящий, это были сильные, громадные, жуткие звери. Черные, как навская сталь, в доспехах такой же черноты. Свирепые, яростные… прекрасные.
После битвы они приземлились близ нашего лагеря. Вожак отправил к ним юношей, спросить, не нужны ли им наемники. Я был среди них. И тогда-то, оказавшись совсем близко от драконов, я понял – не могу отвести взгляда. Это было сродни откровению. Вот мое место. Рядом, вместе, как единое целое. Но я чуд. Я для навов никто – им незачем мне доверять дракона. И наемники были не нужны… Они на следующий день отправились дальше, только оставили у нашего лагеря одного. Нав был сильно ранен, а им предстоял впереди бой. До Земли было далеко, и темные решили, что лучше бы ему не рисковать – пусть отдохнет, зарастит раны, накопит силы. С навом остался и его дракон. Я сразу пришел к нему помогать. Чем можно, как можно… Поначалу он относился ко мне как назойливой мухе, прогонял, ругался, ворчал, как наши старики. Но потом… Когда ему отчего-то стало хуже, а я приносил ему воду, еду для него и дракона, он оттаял. Нав начал со мной говорить. Начал рассказывать про Уратай, про ангары драконов, про то, как прекрасно летать на этих сильных зверях, как трудно их укротить и завоевать доверие. Сколько надо положить терпения, чтобы из дневного дракона вырастить такую бестию. Так прошло полгода – и нога нава, почти полностью оторванная в бою, выросла заново. А дракон его… Я не знал поначалу. Но нав меня сам позвал, среди ночи, когда все спали. Позвал и провел под навес. И показал его… сокровище… Его драконом была самка. И она в эту ночь извергла из себя яйцо. Я не мог отвести глаз. А нав… он сказал, что ему нужно улетать, но яйцо нужно отнести в Уратай. Он сможет на остатках энергии сплести аркан, чтобы оно не охлаждалось, но аркана хватит на шестьдесят дней. И если я принесу этого дракона в Уратай, то этот же аркан позволит мне остаться с ним – и стать его всадником. Это моя мечта… И это единственный шанс для него остаться живым.
Чуд тяжело посмотрел на шамана, а тот лукаво блеснул фиолетовыми глазами:
- Ты мог отдать его любому наву на Земле – он бы доставил яйцо. Заплатил бы тебе…
- Отдать его кому-то, значит никогда не быть его всадником. Но… - Мортон вздохнул, - Я отдам его завтра днем. Если сам не буду успевать. Главное, чтобы дракон выжил.
Дарлак кивнул, сворачиваясь клубком на своей жесткой лежанке, и пробормотал:
- Договорились.
О чем они договорились, юноша так и не понял, но не стал переспрашивать. Он лег на свою постель, привычно обнимая сокровище, и закрыл глаза, намереваясь просто отдохнуть. Спать было нельзя – дарлак обещал проводить обряд, а Мортону страсть как хотелось на него посмотреть…




Орден, Штаб-квартира Великого Дома Чудь
Морэл не оставлял попыток найти, выцарапать нужную сумму. Увиденное прошлой ночью его заставило надеяться на лучшее, но готовился он к худшему. Разговор и то, что Граф взял угощение – это еще значит, что он позволит Рою на себя сесть. Дракон и до того относился тепло к нескольким драконоводам и ученикам Морэла. Так что, чуд не обольщался, и оставшиеся две ночи – а Морэл не видел Роя рядом днем – намеревался проследить за тем, что будет происходить у фон Торрета с драконом. И найти недостающие деньги.
Когда звякнул сигнальный артефакт, возвестив, что рыцарь пересек границу загона, Морэл находился далеко от Замка. Удивленный чуд глянул на время: всего лишь восемь вечера. Он ждал Роя куда позже… И, судя по всему, теперь надо быстро заканчивать дела и лететь в Орден. На порталы глава драконятни тратиться сейчас не мог, значит, еще риск поймать пару-тройку человских пробок. Морэл скрипнул зубами с досады, и продолжил доделывать начатое.
Однако, когда он уже смог оказаться в Замке, Рой покинул Графа. Как они общались, и что делали, Морэл не видел. А дракон, встретивший любимого чуда неприветливо – видимо, запомнил, что тот вчера не появился – никак не подсказал берейтору, что здесь происходило.
У Морэла мелькнула мысль поставить камеры в загоне, но это было бы странно… Поэтому он, чертыхнувшись вполголоса, проверил лапу дракона, покормил лакомством и пошел к себе. Нужно было поспать хотя бы пару часов…
Утро оказалось еще более гадким, чем мог рассчитывать чуд. Потому, что утром к нему зашел курьер от мастера Бестиария, прося, чтобы Морэл забежал к нему «на минутку». С нехорошим предчувствием, рыцарь вышел из комнаты, поднялся на несколько этажей вверх, и там коротко постучав в двери, вошел в кабинет.
Хозяин кабинета отошел от широкого окна и обернулся к Морэлу:
- Ты помнишь наш спор?
- Да, - Морэл хмуро посмотрел на собеседника, - И, насколько я помню, у нас завтра контрольный день.
- Именно. Но мне срочно нужно отправиться в лагерь в Австралии, там что-то случилось со стаей камелопардов. И завтра я не смогу посмотреть ваши результаты. А так – один день все равно не решает, если дракона удалось приручить, верно?
- Не совсем. Быть может, тогда после твоего возвращения? – предложил учитель.
- Я еще не знаю, когда вернусь. А потому, давай через три часа? В стойле у этого дракона. Будем я, ты, и Рой. И еще приглашу пару врачей и наших дрессировщиков – они сделают выводы. И у меня с собой будет два приказа – один на лечение, второй… сам понимаешь. Договорились?
Морэл несколько мгновений молчал – ему не позволяла честь и воспитание высказать в лицу мастеру Бестиария все то, что крутилось на языке. Не привыкший ругаться на непечатном варианте любого языка, Морэл, сейчас остро чувствовал желание завести в себе эту привычку. Но затем только коротко кивнул, и только у самой двери сказал, как выплюнул:
- Через три часа.
До ангаров с драконами Морэл шел так быстро, что почти бежал. Внутри бушевал ураган чувств, о которых он, казалось, совсем уже успел забыть – ярость, горечь, боль от того, что скоро не станет прекрасного дракона. Просто потому, что не нашлось денег для его лечения – ему удалось собрать только две трети нужной суммы. А значит…
Морэл с размаху ударил кулаком в стену. Физическая боль в разбитых костяшках отрезвила, заставила остановиться. Чуд очень тяжело вздохнул и зашел в загон к Графу. Тот заворчал привычно, но тут же потянулся мордой к рыжему мужчине, словно чувствуя, что у того что-то случилось. Морэл обнял громадную морду дракона и закрыл глаза.
- Все будет хорошо, Граф. Я все-таки что-нибудь придумаю.

Продолжение - в комментариях.

запись создана: 14.05.2013 в 14:53

Пишет  seppia:

БЖД
А это на качелях Бланка (фотограф тот же  Идальга):




еще

URL записи