пятница, 07 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
В связи с суровыми реалиями жизни - "Макароны выковыривались-выковыривались, да не выковырялись". %)
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ибо про это таки надо писать, не была бы я склеротичным бездарем - написала бы книжку.
Собственно, Гелиос, которого я уже упоминала, это довольно милый мальчик из богатой и, если можно так выразиться, знатной семьи. Отсюда и имя. Так что сам себя мальчик предпочитает не звать и другим не советует. Алекс его, впрочем, сокращает как "Гел". С детства Гелиос имел много весьма продуктивных конфликтов с семьей вообще и родителями в частности, закончилось это тем, что по окончании школы Гелиос отказался учиться на какую-то пафосную профессию и ушел из дома. То есть, он думал, что на этом все закончилось.
Поступил в университет, стал учиться, кажется, на ксенолога (я правильно написала?). И, так сказать, уперся в проблему жилья и денег. Если с деньгами все было относительно просто - устроился на подрабатывать, плюс повышенная стипендия закрасивые глаза хорошую учебу - то с жильем было хуже. На время, нужное для поиска комнаты/квартиры, мальчик остановился у одного из немногочисленных адекватных друзей семьи. Звали его Рей и работал он режиссером, и зарабатывал вполне внушительно. В качестве хобби - периодически подкалывал Гелиоса.
И вот, в один прекрасный день, Гелиос пошел в магазин. И лез он куда-то наверх, за какой-то консервой (он вообще питает нездоровую страсть к тому, что не надо долго готовить - всякие там лапши быстрого приготовления...). А рядом, на той же полке, стояли большие такие, пятилитровые банки с ананасовым компотом. Естественно, он их уронил! Естественно, не на пол, а на проходящего мимо молодого человека чуть старше его самого. Позже выяснилось, что человека зовут Алекс (сокращенно от Александрит, как выяснилось еще позже, родители были чокнутыми геологами), и он совершенно случайно как раз ищет, с кем бы вместе снимать квартиру. Естественно, Гелиос этим подарком судьбы воспользовался по назначению.
Так они и жили, душа в душу, в смысле, особенно не пересекаясь, общаясь на уровне соседей-приятелей, пока Гелиосу не позвонил уже упомянутый выше друг семьи Рей с пренеприятнейшим известием. А именно - умер отец Гелиоса, и теперь мальчик становится главой семьи, такие у них там права наследования. Как результат - вернувшийся фиг-его-знает-откуда Алекс застал бедного мальчика практически в истерике. С трудом, но Алексу все же удалось уяснить из сумбурных изъяснений Гела суть ситуации, и в его голове созрела гениальная мысль. Выглядело это все очень пафосно, со становлением (установкой?) на одно колено и всем таким прочим, а сводилось вкратце к тому, что "Выходи за меня замуж!". Дело в том, что в семье Гелиоса своего рода титул главы семьи передавался только по мужской линии, от отца к сыну. А семья отличалась достаточно консервативными взглядами, так что вариант был почти идеальный.
Проблема заключалась в том, что Гелиос воспитывался тоже в соответствии с оными взглядами, так что уговаривали его с криками, воплями, привлечениембоевых подушек и все того же вышеупомянутого друга семьи. Но в итоге нелюбовь к обязанностям главы семьи и родной матушке оказалась сильнее, и свадьба все-таки состоялась, хотя белое платье Гелиос так и не надел. В роли шафера и подруга невеста одновременно выступал все тот же Рей.
После свадьбы состоялось эпохальное представление супруга матушке. Матушка прореагировала в точности так же, как сам Гелиос на предложение руки и сердца. Но, все-таки взяв себя в руки, матушка таки сделала сыночку прощальную гадость, устроив закрытый прием по случаю свадьбы, для близких друзей, количеством где-то в полторы сотни штук. Правда, последнее слово все-таки осталось за Гелиосом, ибо по настоянию Рея он пришел на прием в ослепительно красном костюме сомнительного вида - брюки клеш, пиджак и "сеточка" (не помню, как оно формально называется). Правда, Алексу внешний вид супруга понравился.
Позже, после возвращения с приема, выяснилось, что мухолов Гелиоса (такое милое полуразумное растение, тиллианский мухолов), к которому Алекс по скудоумию полез, и тот его покусал... В общем, мухолов оказался одним из 13% ядовитых особей. Но, благодаря тому, что Алекса в детстве его родители-геологи таскали с собой в экспедиции на сомнительные планеты, и там мальчика много что кусало, что-то у него в организме с чем-то провзаимодействовало, и яд обезвредился. Но было весело.
Продолжение этой увлекательной эпопеи - позже, равно как и пост про Великие Печеньки.
Но правда они забавные?
Собственно, Гелиос, которого я уже упоминала, это довольно милый мальчик из богатой и, если можно так выразиться, знатной семьи. Отсюда и имя. Так что сам себя мальчик предпочитает не звать и другим не советует. Алекс его, впрочем, сокращает как "Гел". С детства Гелиос имел много весьма продуктивных конфликтов с семьей вообще и родителями в частности, закончилось это тем, что по окончании школы Гелиос отказался учиться на какую-то пафосную профессию и ушел из дома. То есть, он думал, что на этом все закончилось.
Поступил в университет, стал учиться, кажется, на ксенолога (я правильно написала?). И, так сказать, уперся в проблему жилья и денег. Если с деньгами все было относительно просто - устроился на подрабатывать, плюс повышенная стипендия за
И вот, в один прекрасный день, Гелиос пошел в магазин. И лез он куда-то наверх, за какой-то консервой (он вообще питает нездоровую страсть к тому, что не надо долго готовить - всякие там лапши быстрого приготовления...). А рядом, на той же полке, стояли большие такие, пятилитровые банки с ананасовым компотом. Естественно, он их уронил! Естественно, не на пол, а на проходящего мимо молодого человека чуть старше его самого. Позже выяснилось, что человека зовут Алекс (сокращенно от Александрит, как выяснилось еще позже, родители были чокнутыми геологами), и он совершенно случайно как раз ищет, с кем бы вместе снимать квартиру. Естественно, Гелиос этим подарком судьбы воспользовался по назначению.
Так они и жили, душа в душу, в смысле, особенно не пересекаясь, общаясь на уровне соседей-приятелей, пока Гелиосу не позвонил уже упомянутый выше друг семьи Рей с пренеприятнейшим известием. А именно - умер отец Гелиоса, и теперь мальчик становится главой семьи, такие у них там права наследования. Как результат - вернувшийся фиг-его-знает-откуда Алекс застал бедного мальчика практически в истерике. С трудом, но Алексу все же удалось уяснить из сумбурных изъяснений Гела суть ситуации, и в его голове созрела гениальная мысль. Выглядело это все очень пафосно, со становлением (установкой?) на одно колено и всем таким прочим, а сводилось вкратце к тому, что "Выходи за меня замуж!". Дело в том, что в семье Гелиоса своего рода титул главы семьи передавался только по мужской линии, от отца к сыну. А семья отличалась достаточно консервативными взглядами, так что вариант был почти идеальный.
Проблема заключалась в том, что Гелиос воспитывался тоже в соответствии с оными взглядами, так что уговаривали его с криками, воплями, привлечением
После свадьбы состоялось эпохальное представление супруга матушке. Матушка прореагировала в точности так же, как сам Гелиос на предложение руки и сердца. Но, все-таки взяв себя в руки, матушка таки сделала сыночку прощальную гадость, устроив закрытый прием по случаю свадьбы, для близких друзей, количеством где-то в полторы сотни штук. Правда, последнее слово все-таки осталось за Гелиосом, ибо по настоянию Рея он пришел на прием в ослепительно красном костюме сомнительного вида - брюки клеш, пиджак и "сеточка" (не помню, как оно формально называется). Правда, Алексу внешний вид супруга понравился.
Позже, после возвращения с приема, выяснилось, что мухолов Гелиоса (такое милое полуразумное растение, тиллианский мухолов), к которому Алекс по скудоумию полез, и тот его покусал... В общем, мухолов оказался одним из 13% ядовитых особей. Но, благодаря тому, что Алекса в детстве его родители-геологи таскали с собой в экспедиции на сомнительные планеты, и там мальчика много что кусало, что-то у него в организме с чем-то провзаимодействовало, и яд обезвредился. Но было весело.
Продолжение этой увлекательной эпопеи - позже, равно как и пост про Великие Печеньки.
Но правда они забавные?
четверг, 06 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Не забыть написать про Гелиоса и Алекса, и про Великие Печеньки.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Оно прелестно. Оно умудряется испытывать одновременно чувство вины, вбитое с детства отвращение, смущение, растерянность... И еще много чего.
Оно - это милый вьюнош девятнадцати лет по имени Гелиос, наследник богатой семьи, которому оное наследство и прилагающиеся к нему обязанности нафиг не нужны, и вследствие этого, когда его глубокоуважаемый отец умер, ему пришлось в срочном порядке выходить замуж за соседа по квартире, ага.
Оно - это милый вьюнош девятнадцати лет по имени Гелиос, наследник богатой семьи, которому оное наследство и прилагающиеся к нему обязанности нафиг не нужны, и вследствие этого, когда его глубокоуважаемый отец умер, ему пришлось в срочном порядке выходить замуж за соседа по квартире, ага.
среда, 05 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Зато у меня есть грыбы. Картошка с грыбами и грыбы в сметане. Ня.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Снились Фер, Руш, Птица и Щелоковы. В одном сне. О.о
Начало сна не помню, что-то мы там с Птицей делали. Потом, кажется, мне надо было ехать из ЧГ в Москву, к Птице, предварительно пообщавшись со Щелоковыми. Почему-то из Москвы в ЧГ ехали еще Фер и Руш, а я обоздала на тот автобус, на котором они ехали, и поехала на другом. В Чкаловскком я зачем-то вышла и бродила по рынку, а потом нашла тот автобус. первый, и меня туда усадили...
С добрым утром, в общем. О.о
А еще там автобусы летали...
Начало сна не помню, что-то мы там с Птицей делали. Потом, кажется, мне надо было ехать из ЧГ в Москву, к Птице, предварительно пообщавшись со Щелоковыми. Почему-то из Москвы в ЧГ ехали еще Фер и Руш, а я обоздала на тот автобус, на котором они ехали, и поехала на другом. В Чкаловскком я зачем-то вышла и бродила по рынку, а потом нашла тот автобус. первый, и меня туда усадили...
С добрым утром, в общем. О.о
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Я совсем еще ребенок, да?
Пожалуйста, можно я засну, прижимаясь к твоей груди? Засну, хотя бы ненадолго, на чуточку, забыв о многочисленных "надо", о математике и о том, что меньше чем через месяц в школу, о том, что дома ждет обеспокоенная мама, что каждый вечер она смотрит на меня грустными глазами и ждет, ждет, ждет, а я просто усталая девочка, усталый ребенок, мне это до чертиков надоело... Можно, я ненадолго забуду об этом? Просто засну, обнимая тебя, засну на твоей груди, буду сопеть в тебя носом и долго ворочаться. Буду делать не то, что надо, а то, что хочется. Я не хочу и не могу слов, они ворочаются внутри тяжело и холодно, а в глазах почему-то стоят слезы, и я могу говорить, но зачем?.. Я хочу просто заснуть с тобой рядом.
Можно?
Пожалуйста, можно я засну, прижимаясь к твоей груди? Засну, хотя бы ненадолго, на чуточку, забыв о многочисленных "надо", о математике и о том, что меньше чем через месяц в школу, о том, что дома ждет обеспокоенная мама, что каждый вечер она смотрит на меня грустными глазами и ждет, ждет, ждет, а я просто усталая девочка, усталый ребенок, мне это до чертиков надоело... Можно, я ненадолго забуду об этом? Просто засну, обнимая тебя, засну на твоей груди, буду сопеть в тебя носом и долго ворочаться. Буду делать не то, что надо, а то, что хочется. Я не хочу и не могу слов, они ворочаются внутри тяжело и холодно, а в глазах почему-то стоят слезы, и я могу говорить, но зачем?.. Я хочу просто заснуть с тобой рядом.
Можно?
вторник, 04 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
На кухне вкусно воняет грибами.
Состояние общей задолбанности изнью, жарко и голова болит. Открыть, что ли, окно, пусть лучше болит горло...
Анкету перезаполнять вломм. Лучше потом как-нибудь.
Жизнь прекрасна, мы бобры. Выключите кто-нибудь отопление, а? Хотя батареи вроде бы холодные...
Состояние общей задолбанности изнью, жарко и голова болит. Открыть, что ли, окно, пусть лучше болит горло...
Анкету перезаполнять вломм. Лучше потом как-нибудь.
Жизнь прекрасна, мы бобры. Выключите кто-нибудь отопление, а? Хотя батареи вроде бы холодные...
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Какая замечательная погода.
Спасибо тебе, дорогая Небесная Канцелярия.
Поесть, и - нафиг, нафиг, нафиг. Не забыть плеер.
Спасибо тебе, дорогая Небесная Канцелярия.
Поесть, и - нафиг, нафиг, нафиг. Не забыть плеер.
понедельник, 03 августа 2009
23:05
Доступ к записи ограничен
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Спать хочется. А надо делать математику.
Ничего, я сильная, я справлюсь...
Ага, сильная. Только на голову... кхм.
Ничего, я сильная, я справлюсь...
Ага, сильная. Только на голову... кхм.
воскресенье, 02 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ну зачем эта страшная женщина всегда заправляет кровать?! Мою кровать!
Вот вылезаю я из сети, вся такая сонная и уставшая, с единственным желанием - упасть и уснуть (еще, правда, хочется кого-нибудь живого, теплого и чтобы не стремно под бок, но это мелочи). И тут - кровать! Заправленная!
Ну куда это годится? Ее же теперь надо расстилать... ТТ
Вот вылезаю я из сети, вся такая сонная и уставшая, с единственным желанием - упасть и уснуть (еще, правда, хочется кого-нибудь живого, теплого и чтобы не стремно под бок, но это мелочи). И тут - кровать! Заправленная!
Ну куда это годится? Ее же теперь надо расстилать... ТТ
суббота, 01 августа 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Грустно тебе, мой мальчик, грустно? Не грусти. Хочешь, я расскажу тебе сказку? Про африканского мальчика и трех слонят. Или про кареглазую девочку и воздушные шарики. Или про обезьянку из зоопарка, которая любила строить воздушные замки. Хочешь?
Ты думаешь, в сказках все заканчивается хорошо. Спешу тебя разочаровать, мой мальчик. Слонята выросли, а африканский мальчик умер от голода – им, в их Африке, вечно нечего есть. Девочка попала в автокатастрофу, и ее воздушные шарики лопнули. Обезьянка однажды вскарабкалась на прутья решетки, а оттуда – на стены замка. Упала и разбилась.
Ты плачешь, мой маленький? Что ты, напрасно, зря. Не грусти. Не смей плакать.
Радуйся, мой мальчик! Радуйся, что ты живешь не в сказке.
Ты думаешь, в сказках все заканчивается хорошо. Спешу тебя разочаровать, мой мальчик. Слонята выросли, а африканский мальчик умер от голода – им, в их Африке, вечно нечего есть. Девочка попала в автокатастрофу, и ее воздушные шарики лопнули. Обезьянка однажды вскарабкалась на прутья решетки, а оттуда – на стены замка. Упала и разбилась.
Ты плачешь, мой маленький? Что ты, напрасно, зря. Не грусти. Не смей плакать.
Радуйся, мой мальчик! Радуйся, что ты живешь не в сказке.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
А знаете... это несколько жутко - когда он только что ушел, а в графе "в том числе ваши избранные" еще высвечивается его ник.
пятница, 31 июля 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Это чудо замечательно готовит. Он привез мне еду *.*
среда, 29 июля 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Таки чтд.
Сдается мне, что эта зараза с самого начала все знала. Вопрос "Холмс, но как?!" опустим.
Зато на обратном пути случайно повидала знакомое лицо.
Ладно, живи пока.
Испортил девушке настроение, и радуется.
Кто б сказал, почему мне так хреново...
Сдается мне, что эта зараза с самого начала все знала. Вопрос "Холмс, но как?!" опустим.
Зато на обратном пути случайно повидала знакомое лицо.
Ладно, живи пока.
Испортил девушке настроение, и радуется.
Кто б сказал, почему мне так хреново...
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Я не знаю, кто это был, но кажется, это был Стил. Ему, видите ли, скучно видеть вокруг неизменный пейзаж.
Ладно, черт с тобой, но потом я тебя таки загрызу!
Ладно, черт с тобой, но потом я тебя таки загрызу!
вторник, 28 июля 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Вы называете мне персонажа, а я говорю три факта из моего личного фанона о нем.
Олаф Кальдмеер
Лит
Маркус Корвин
Ротгер Вальдес
Джедайт
Финдарато
Олаф Кальдмеер
Лит
Маркус Корвин
Ротгер Вальдес
Джедайт
Финдарато
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Не грусти,
Небо коснется города дождем,
Если ты хочешь - мы тебя подождем,
Если не хочешь - встретимся в пути.
Не грусти,
И не вини в случившемся судьбу,
Если ты хочешь - я тебе помогу,
Если не хочешь - просто всех прости...
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь...
Не грусти,
Мы растворили золото в серебре,
Чтобы иметь право песни петь в ноябре,
Чтобы иметь силы декабрь с собой нести.
Не грусти,
Падая, звезды тучи прошили насквозь,
Словно тонкую жесть, мы ломали злость,
Чтоб эти звезды с радостью сжать в горсти...
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь...
Не грусти,
Небо коснется города дождем,
Если ты хочешь - мы тебя подождем,
Если не хочешь - просто, просто
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь…
Не грусти. (с)
Небо коснется города дождем,
Если ты хочешь - мы тебя подождем,
Если не хочешь - встретимся в пути.
Не грусти,
И не вини в случившемся судьбу,
Если ты хочешь - я тебе помогу,
Если не хочешь - просто всех прости...
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь...
Не грусти,
Мы растворили золото в серебре,
Чтобы иметь право песни петь в ноябре,
Чтобы иметь силы декабрь с собой нести.
Не грусти,
Падая, звезды тучи прошили насквозь,
Словно тонкую жесть, мы ломали злость,
Чтоб эти звезды с радостью сжать в горсти...
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь...
Не грусти,
Небо коснется города дождем,
Если ты хочешь - мы тебя подождем,
Если не хочешь - просто, просто
Не грусти,
Больше тебя никто не тронет,
И не поймает, и не догонит,
И не заставит быть проще,
Не грусти,
Лучше вспомни, как
Мы, обдирая в кровь ладони,
Трогали время на ощупь…
Не грусти. (с)
понедельник, 27 июля 2009
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Качается в пальцах бокал, в бокале вино. К ножке кресла - полупустая бутылка, но даже она выглядит удивительно изящно, что уж говорить о бледных тонких запястьях, угольно-черной волне волос, и прочих чертах облика?
За окном осень, октябрь, золото и багрянец. Закат. Алое на золтом.
Кружатся, кружатся листья, укрывая распростертое бледное тело, раскинутые руки и лицо...
Единственный месяц, день в году, когда хозяин замка разрешает себе больше бутылки за вечер. Впрочем, опьянение как было недостижимо, так и продолжает быть. Организм алкоголь не приемлет. Так что пить можно было бы и две, и десять бутылок вина - красного, непременно из хрустальных бокалов... Незачем.
Вздрагивает темнота за окном, вспыхивает и разламывается - терпеть золотую осень выше сил. Первый раз за... пять? десять?.. лет он позволяет себе маленькую слабость - пусть будет гроза.
Сила вскипает в ладонях, мерещится кровь под ногтями.
С высоты птичьего полета. Это прекрасно - летать. Это прекрасно - полупрозрачные полотнища Силы за спиной, ледяной ветер в лицо...
Земля всегда встречает ударом поддых. Так и сейчас.
Белые, холодные, тонкие руки, зажатый в пальцах клочок пергамента, алая струйка из уголка рта...
Аристократический, точеный профиль, ладонь на подлокотнике кресла, пальцы второй сжимают ножку бокала. По мановению этих тонких пальцев могут вздыматься и рушиться горы. Только их обладателю это без надобности, он пуст и холоден. Ледяной интерес в его глазах свойственен скорее змее, чем человеку.
А он не любил его, он просто был ближе, чем кто-либо еще, ближе кожи, обвивал тонкими ручонками шею и смеялся, смеялся...
Беззвучно смеется, застывший миг. Смеется окровавленными губами. Смеется.
Ну что же, ваша светлость, вы получили то, чего добивались. Все просто - значит, остальное вам не нужно, и глупо оставлять кого-то, кто имел над вами хоть какую-то власть...
Вы же сами согласились.
Сами.
Повторяет себе раз за разом, давя неуместные мысли и неуместную жалость. Сжимает тонкими пальцами ножку бокала, отпивает вино. Изящно, изысканно.
Гроза за окном стихает к утру.
А мальчика звали Оскар.
За окном осень, октябрь, золото и багрянец. Закат. Алое на золтом.
Кружатся, кружатся листья, укрывая распростертое бледное тело, раскинутые руки и лицо...
Единственный месяц, день в году, когда хозяин замка разрешает себе больше бутылки за вечер. Впрочем, опьянение как было недостижимо, так и продолжает быть. Организм алкоголь не приемлет. Так что пить можно было бы и две, и десять бутылок вина - красного, непременно из хрустальных бокалов... Незачем.
Вздрагивает темнота за окном, вспыхивает и разламывается - терпеть золотую осень выше сил. Первый раз за... пять? десять?.. лет он позволяет себе маленькую слабость - пусть будет гроза.
Сила вскипает в ладонях, мерещится кровь под ногтями.
С высоты птичьего полета. Это прекрасно - летать. Это прекрасно - полупрозрачные полотнища Силы за спиной, ледяной ветер в лицо...
Земля всегда встречает ударом поддых. Так и сейчас.
Белые, холодные, тонкие руки, зажатый в пальцах клочок пергамента, алая струйка из уголка рта...
Аристократический, точеный профиль, ладонь на подлокотнике кресла, пальцы второй сжимают ножку бокала. По мановению этих тонких пальцев могут вздыматься и рушиться горы. Только их обладателю это без надобности, он пуст и холоден. Ледяной интерес в его глазах свойственен скорее змее, чем человеку.
А он не любил его, он просто был ближе, чем кто-либо еще, ближе кожи, обвивал тонкими ручонками шею и смеялся, смеялся...
Беззвучно смеется, застывший миг. Смеется окровавленными губами. Смеется.
Ну что же, ваша светлость, вы получили то, чего добивались. Все просто - значит, остальное вам не нужно, и глупо оставлять кого-то, кто имел над вами хоть какую-то власть...
Вы же сами согласились.
Сами.
Повторяет себе раз за разом, давя неуместные мысли и неуместную жалость. Сжимает тонкими пальцами ножку бокала, отпивает вино. Изящно, изысканно.
Гроза за окном стихает к утру.
А мальчика звали Оскар.