Большая стража должна состоять из 12 человек, но по решению шерифов в обыкновении было сокращать ее до 8. Средняя стража – 8 человек, но, сходным образом, это число сокращали до шести. И малая стража – это 6 человек (или 4). Далее, должны быть избраны надзиратели (scavagers), который каждый день, с кануна Рождества до Богоявления, наблюдают за теми, кто несет стражу по ночам; это должны быть люди, способные оказывать сопротивление и должным образом вооруженные. Они должны приступать к своим обязанностям во время вечерни и расходиться по постам во время чтения Compline; всю ночь им следует мирно нести стражу и охранять улицы, пока так называемый «дневной колокол» не зазвонит к заутрене. Если же случится так, что какой-нибудь из стражников не выйдет на дежурство, надзиратель должен записать его имя и донести шерифу на первой же судебной сессии. Шериф может, по усмотрению, привести надзирателя к присяге, чтобы никто не давал ложных свидетельств и ничего не скрывал.

Об охране города, городских ворот и реки.

Каждая гильдия должна представить список всех своих членов, а равно и тех, кто так или иначе в ней трудится; также указать, где они проживают.

Первое: как вести дознание касательно подозрительных личностей. Каждый олдермен, с двумя лучшими людьми своего прихода, должен провести дознание относительно тех, кто держит постоялые дворы, а также разузнать, что за люди, старше двенадцати лет, там обитают, расспрашивая их одного за другим, дом за домом; таким образом олдермен узнает, сколько их, и кто они, и какого сословия, миряне или духовные лица. Во-вторых: каким образом охранять город. Все городские ворота должны быть днем открыты, и у каждых ворот должны стоять два сержанта, чтобы их отворять, люди опытные и красноречивые, которым надлежит надзирать за людьми, которые входят и выходят, чтобы никакое зло город не постигло. В каждом городском приходе надлежит подавать сигнал к тушению огней, как только зазвонят в Большом Мартине (St. Martin le Grand); чтобы все начали звонить одновременно и одновременно же кончили, после чего все городские ворота запрут, а тако же и таверны, где продают вино и эль, и никто не должен ходить по улицам и переулкам. Шесть человек должны нести стражу в каждом приходе ночью, избранные из числа достойнейших людей прихода; и два сержанта, которые стерегут ворота, на ночь должны ложиться либо в караульне у ворот, либо где-нибудь поблизости. Сержантам у Биллинсгейт и Королевских ворот надлежит смотреть, чтобы все лодки на ночь были привязаны со стороны города и на каждой было написано название; и чтобы никто не переплывал Темзу ночью. И у каждого сержанта должна быть своя лодка с четырьмя людьми, чтобы ночью стереть на реке, по обе стороны моста.

Стоящие на воротах сержанты получают четыре пенса в день, а лодочники по одному пенсу за ночь.

(Лондонский статут 1282 г.)

По большей части, в плане защиты средневековый Лондон полагался на выстроенные еще римлянами стены, которые четырехугольником окружали город. Большинство ворот располагались там же, где и во времена римлян, и стены не отмечали границу средневекового города – одни кварталы уже давно шагнули за эту черту, а другие и вовсе изначально строились за ее пределами. Лондонские стены лишь символически обозначали город; они изображались на городской печати, и кварталы, лежавшие за их пределами, считались «пригородом».

Помещения над воротами или вблизи ворот обычно занимали мелкие чиновники. Так, в 1375 г. один из лондонских сержантов, который тогда же взял в аренду на тридцать лет, за 10 шиллингов в год, участок земли с садом возле городской стены, получил также в пожизненное пользование домик над воротами, вместе с конюшней, примыкающей к воротам, при том условии, что он будет использовать часть своей «жилплощади» в качестве тюрьмы для арестантов, присылаемых городскими властями.



Напротив, когда Джеффри Чосер снял жилье над воротами Олдгейт в 1374 году, он должен был пообещать, что не будет пускать туда заключенных. В том же году другой сержант получил в пожизненное пользование (судя по всему, бесплатно) несколько строений, примыкающих к стене, а заодно – ближайшие ворота под свою ответственность; третий получил жилье вблизи Олдгейт, вместе с садом, и притом ему пообещали, что управляющий произведет весь необходимый ремонт за свой счет. Лишь в 1386 г. совет Общин потребовал, чтобы городские ворота, стены и примыкающие к ним участки земли не раздаривались под жилье и оставались в руках городской администрации. Но буквально на следующий день после принятия этого решения мэр Лондона дал частному лицу право пожизненного пользования домиком над воротами Олдгейт. Подобная практика длилась десятилетиями.

Как и сбор городского ополчения, где-то организация городской стражи становилась ответом конкретной угрозе, а где-то стража появлялась в ходе естественного течения жизни. Разумеется, стражников из числа горожан всегда собирали во время больших праздников, когда веселье могло зайти чересчур далеко, а повышенное скопление публики на улицах давало массу возможностей преступникам разных мастей и ставило под угрозу общественный порядок. Ок. 1215 г. мы имеем первое официальное упоминание об организации ночных дозоров в Лондоне, состав которых набирали по городским приходам. Помимо личного оружия и доспехов, защитники города получали от города и более серьезное вооружение, для которого были выстроены специальные склады – в лондонских арсеналах, например, в 1339 году хранились семь спрингалдов (больших арбалетов), вместе с запасными частями (8 луков и 29 тетив), а также 880 стрел с железными наконечниками.

За соблюдением порядка в городе следили так называемые констебли (где-то они назывались сержантами, где-то олдерменами), которые при необходимости могли призвать граждан к защите города и учредить дозоры. Если же в городе ловили преступника, в погоне должны были принять участие все законопослушные граждане под угрозой штрафа. Временем официального учреждения городской стражи можно считать 1242 год, когда король Генрих III издал указ, согласно которому в городах надлежало организовать стражу для поддержания порядка. Но на самом деле городская стража существовала задолго до этого указа. Так, в Ноттингеме, Йорке и Колчестере она упоминается в городских хартиях начиная с конца XII века. В Колчестере городской бейлиф собирал «честных и надежных людей», которым вменялось в обязанность патрулировать улицы в темное время суток и арестовывать всех нарушителей, которые затем представали перед городским магистратом. В Сент-Эдмунде еще в 1121-1138 гг. существовало обыкновение назначать восемь человек из числа жителей города в качестве блюстителей порядка, а в периоды особого оживления (на Рождество и в день св. Эдмунда) их количество удваивалось, чтобы стражники парами могли патрулировать город днем и ночью. Стража стояла у четырех городских ворот, и в дополнении к тому городские власти назначали привратников, каждый из которых в течение года отвечал за конкретные ворота.

Хотя жители, по большей части, сами, как в англосаксонские времена, отвечали за соблюдение порядка в своих кварталах и приходах, организация городской стражи, пусть даже нерегулярной, стало первым шагом к появлению силовых структур, в обязанности которых входило предотвращать правонарушения. В одних городах упомянутые констебли находились на жаловании, которое выплачивал им город либо приход, в других никакой платы не получали, поскольку их служба считалась исполнением гражданской повинности; они избирались из местных жителей, как правило, принадлежавших к зажиточной городской верхушке – то есть, это были торговцы, ремесленники, владельцы лавок. Занимали свою должность они, как правило, ограниченное время – от года до трех.

Начиная с 1242 года констебли были должны организовывать регулярную стражу, набираемую из местных жителей, а не только дозоры, которые патрулировали город по праздникам. Ночная стража охраняла городские ворота, следила за соблюдением приказа о тушении огней и особенно тщательно надзирала за тем, чтобы не случился пожар, что было весьма актуально в городах, по большей части застроенных деревянными домами. В случае внезапного нападения стражники должны были вовремя предупредить жителей, чтобы те успели подготовиться к обороне.

Все горожане – свободные, являющиеся полноправными гражданами города и достигшие определенного возраста (как правило, 16 или 18 лет) – должны были поочередно исполнять обязанности стражников. Все они отбывали эту повинность по нескольку дней в году, обходя дозором свои кварталы. Фактически, это была городская милиция, состоявшая из горожан, способных носить оружие, - и, несомненно, умевших с ним обращаться, поскольку еще Генрих I предписала всем свободным англичанам практиковаться во владении оружием. «Милиционеры» имели право разнимать драки и арестовывать буянов, а также преступников, захваченных с поличным. Также они являлись с ордерами на арест по указанию городских властей. В некоторых городах круг их обязанностей был шире: они принимали участие в сборе некоторых городских налогов, например налога на починку городской стены; проводили опись имущества по суду у тех арендаторов, которые задерживали выплату ренты; собирали штрафы, налагаемые на домовладельцев, которые выплескивали из окна помои или отказывались подметать улицу перед своим домом; присутствовали при заключении крупных сделок.

Время ночной стражи начиналось с ударом вечернего колокола. И, разумеется, стражника, задремавшего на посту, ждал большой штраф в пользу города.

Указ о ночной страже в Ковентри

Приказано, что сорок подходящих мужчин, честного и трезвого поведения, физических крепких, должны служить в ночной страже, еженощно неся караул и охраняя город с девяти часов вечера и до тех пор, пока не зазвонит так называемый дневной колокол. В этой время они должны честно охранять город, в чем они присягнули. Каждую ночь помянутые стражники должны выходить в дозор, должным образом вооруженные мечами, алебардами или глефами, в шлемах и кожаных доспехах. Их расположение остается на усмотрение мэра и городского совета.

Четверо из помянутых стражников должны нести караул у городских ворот; в свою очередь, эти четверо должны выбрать одного, у которого будут храниться ключи от ворот – он должен отпирать ворота каждое утро и запирать их в девять часов вечера. Хранители ключей от главных ворот получают каждый год 4 шиллинга за свои труды, а хранители ключи от всех остальных ворот – по два шиллинга.

Распоряжение о городской страже в городе Винчестере

… и из каждого прихода выбрать четырех человек, или двух, или же одного, способных нести караул ночью, и каждый пусть перед своей очередью будет предупрежден заблаговременно, а если не сможет явиться, пусть заплатит по два пенса за ночь. А на Главной улице пусть найдут шесть человек из шести домов (или же стольких домов, сколько потребуется), лишь бы эти шестеро стражников каждую ночь ходили дозором, блюдя королевский мир. ..а мэр, бейлифы, архивариус, четыре сержанта (констебля), олдермены и бидлы все освобождены от несения стражи во все время, пока находятся на своих должностях. И такова должна быть городская стража в городе во весь год; а если в каком приходе стражникам, по отбытии своего срока, подходит пора смениться, пускай заступают те, кому подошла очередь. И так да будет ради облегчения участи бедняков, до тех пор, пока не придумано лучшего.

XII-XIII вв. в Англии отмечены гражданскими войнами и многочисленными беспорядками. Когда к власти в 1272 г. пришел Эдуард I, одной из основных его забот было стабилизировать управление и обеспечить себе вооруженные силы, которые можно было быстро созвать при необходимости; иными словами, он намеревался создать сильную единую нацию с хорошо защищенным монархом во главе. Поддержание «королевского мира», там образом, предполагало, во-первых, обнаружение и задержание преступников, а во-вторых, защиту населенных пунктов от организованных нападений, как извне, так и изнутри. Таким образом, полицейские и оборонительные функции были не так уж сильно разграничены, и представители обеих силовых структур имели массу обременительных и дорогостоящих обязанностей, возложенных на плечи местных чиновников.

Гильдии, приходы и деревенские общины, разумеется, обязывали всех своих членов соблюдать закон и зорко за этим следили; для упрощения процедуры они даже зачастую получали право самостоятельно задерживать воров и грабителей. Главы этих сообществ и стали, по сути, первыми констеблями. Городские чиновники (мэры и бейлифы), наряду с констеблями, отвечали за созыв «милиции», когда в ней возникала необходимость; а в 1233 г. главам населенных пунктов было предписано назначить как минимум четырех человек, в обязанность которым вменялось поднимать общегородскую тревогу при ловле преступника.

Согласно ордонансу 1242 г., ночную стражу надлежало держать во всех городах и поселениях от Вознесения до Михайлова дня – то есть, в летние месяцы, когда всяческие правонарушители, как правило, были наиболее активны. Одни стражники охраняли ворота, другие патрулировали городские кварталы; смена продолжалась от заката до рассвета, и стражники должны были арестовывать всех незнакомцев, которые пытались ночью пройти по городу, а при необходимости преследовать их и поднимать тревогу. Если арестованный мог поутру предоставить убедительные объяснения, его отпускали; в противном случае он представал перед судом шерифа.

Разумеется, временами стражники были не склонны поднимать шум, если правонарушителем оказывался сосед или добрый знакомый; лондонские власти жаловались на то, что город превратился в средоточие порока и преступления, потому что городская стража смотрит на безобразия сквозь пальцы. Чтобы положить конец порочной практике, в том же 1242 г. вышел королевский статут, согласно которому горожане платили в казну штраф за убытки, причиненные преступниками, которых не сумели задержать (незнание, разумеется, не считалось оправданием). Городские власти не без основания полагали, что горожане, не желающие платить штрафы из-за разгильдяйства стражников, сумеют внушить своим «избранным» должные понятия о службе – то есть, действовал тот же принцип круговой поруки, что и в любой гильдии, общине и т.д. Хозяева постоялых дворов отныне несли ответственность за поведение постояльцев, а специальным чиновникам надлежало как минимум раз в две недели удостоверять личность гостей города.

Вот как выглядели обязанности стражников в Норвиче:

«Мэр города приказывает вам, от имени короля, тщательно блюсти порядок в пределах прихода, в котором вы служите. Вы не должны без специального разрешения от мэра допускать в пределах помянутого прихода, днем или ночью, сборища или беспорядки, которые могут нарушить королевские права. Если же кто-нибудь станет действовать вопреки этому приказу, вы вправе употребить всю свою силу, чтобы арестовать его как мятежника против короля и города и поместить в королевскую тюрьму. Если у вас недостаточно сил, чтобы произвести арест, вам надлежит обратиться в мэру, чтобы тот снабдил вас необходимыми средствами против всех мятежников в городе. Вам надлежит служить за совесть, под страхом лишения имущества и тюремного заключения. Стража должна арестовывать – по собственному разумению или по жалобам горожан – тех, кто ходит по городу ночью, поднимает шум, призывает к беспорядкам, играет в мяч на общественном выгоне или в азартные игры, нарушая тем самым королевский мир. Вы обязаны выполнять все распоряжения и приказы, отданные мэром, которые касаются охраны порядка, а также всего остального. Все вышеупомянутые обязанности надлежит исполнять верно и честно, и да поможет вам Бог».

Разумеется, не всем был по нраву порядок, при котором обязанности стражников по очереди исполняли все горожане, дом за домом, улица за улицей. Богатым домовладельцам, несомненно, эта работа была не по вкусу. Поэтому в некоторых городах количество стражников, не мудрствуя лукаво, просто сокращали; кое-где стали дозволяли нанимать вместо себя другого (но непременно гражданина того же города – иногородним, разумеется, не доверяли). Также при назначении стражников констебль (олдермен), разумеется, мог за взятку или по протекции обойти одних и назначить вне очереди других. Иными словами, служба стражника быстро стала считаться неприятной обязанностью, способной к тому же закончиться стычкой с вооруженными преступниками. На горожан, уклонявшихся от участия в дозорах, городские власти накладывали крупные штрафы. Так, в 1299 г. винчестерский городской суд приговорил троих горожан к уплате кругленькой суммы за то, что они «отказались выйти в свою очередь». В Эксетере между светскими властями и местным епископом разгорелась нешуточная ссора из-за того, что арендаторы епископа призваны были в городские дозоры, но отказались явиться, поскольку получили приказ «под угрозой штрафа в 40 шиллингов не вступать в городскую стражу, а если какой-нибудь городской чиновник им прикажет, так пусть разобьют ему голову».

«Томас Котлер, один из винчестерских констеблей, целиком и полностью отказался выполнять свой долг; не желал он и исполнять его в канун дня св. Иоанна Крестителя. Он поднял шум, подстрекая многих других не сопровождать мэра Джона Вила во время праздника. За сие помянутый Томас Котлер был оштрафован мэром на 40 шиллингов, из которых двадцать он выплатил, а еще двадцать ему отсрочили. Посему, если Томас Котлер еще пренебрежет своими обязанностями, нарушит общественный порядок или другим образом выкажет неуважение к Джону Вилу или любому другому действующему мэру, тогда помянутые двадцать шиллингов будут с него взысканы и употреблены на пользу города. Также и Томас Бол, другой констебль, сходным манером отказался выполнять свои обязанности и хотел арестовать Джона Вила, мэра. Тогда на него был наложен штраф в сотню шиллингов, из которых он выплатил в городскую казну пятьдесят, а еще пятьдесят были отсрочены на тех же условиях».

Этот Томас Котлер, кажется, был беспокойной личностью: за несколько лет до ссоры с мэром он предстал перед городским судом за распространение лживых слухов, нарушение общественного порядка и сеяние раздоров между городскими властями и какими-то землевладельцами, а также за то, что, вопреки городскому «кодексу чести», он судился со своими соседями в других городах, вместе того чтобы обратиться в винчестерский суд. Тогда Котлера наказали, лишив прав гражданства. Но год спустя он успешно подал встречный иск, прося восстановить его в правах и обещая уплатить штраф в 100 шиллингов; после испытательного срока, во время которого он вел себя безупречно, Котлер был прощен, и большую часть штрафа ему скостили. И вот несколько лет спустя мы встречаем его в должности скандального городского констебля…

«Стражники охраняют город как в дни войны и прочих опасностей, так и в дни мира. Всю ночь они должны быть бдительны и ходить по своим кварталам, оставив хотя бы одного человека у ворот. Также они должны присматривать, чтоб все было тихо и спокойно, а если в каком-нибудь доме они увидят свет в неположенное время, они должны велеть его погасить, если только на то нет особой причины; и если они увидят огонь, который угрожает какому-нибудь строению, им надлежит поднять тревогу и позвать надзирателей, констеблей и прочих, чтобы потушить пожар. Также если они увидят каких-нибудь людей, бродящих по ночам, игроков, буянов, пьяниц, подозрительных лиц и так далее, они должны задержать их и отвести в караульню или в иное удобное место, а наутро предъявить городскому совету. И если явится какой-нибудь гонец, стражники должны его принять, если его цель честна, и проводить до ночлега либо отвести в городской совет. И каждый понедельник они должны являться к мэру в ратушу и докладывать, какие были происшествия».