Чем дольше отстаиваешь права, тем неприятнее осадок.
Эта операция необычна уже тем, что одним из ее результатов стал оглашение, впервые за много лет, факта "подставы" кадрового сотрудника советской внешней разведки иностранной спецслужбе. Вполне возможно, имели место и иные подобные факты, но о них пока не общалось. В чем же ее суть? В конце 60-х – начале 70-х годов в Канаде "под крышей" Минвнешторга работал сотрудник внешней разведки Анатолий Максимов. По долгу службы (прикрытия) ему пришлось устанавливать многочисленные контакты с представителями промышленных и торговых фирм, неоднократно выезжать одному в командировки по стране.
читать дальшеВНЕДРЕНИЕ ТУРГАЯ
В первое главное управление (ПГУ) КГБ Анатолий Борисович Максимов пришел в 1961 г. после двухгодичной учебы в разведшколе. До этого были тбилисская школа контрразведки и служба в Особом отделе Северного флота. Вся его дальнейшая работа связана с Управлением "Т" - научно-технической разведкой ПГУ. Область интересов - новейшие технологии, экспорт которых в Советский Союз был тогда запрещен благодаря действовавшему на Западе эмбарго по соглашению КОКОМ. За три десятилетия Максимов, проходивший в оперативной переписке ПГУ с резидентурами в Японии и еще 10 странах под псевдонимом Тургай, получил от своей агентуры и доверенных лиц множество полезной информации, прежде всего оборонного значения. Ряд операций с его участием содействовал заключению важных для СССР торговых сделок с западными фирмами. Общий экономический эффект от них трудно оценить.
МАКСИМОВ Анатолий Борисович (псевд. Тургай, Аквариус, Николай, Майкл Дзюба, Джеральд Стадник) (р. 1934)
Поскольку Вильямс старался вовлекать Максимова в различные "левые" коммерческие сделки, об этом разведчик доложил своему руководству в ПГУ. Решено было продолжать оперативные игры с Вильямсом как предполагаемым "наводчиком" спецслужб США и Канады. Видимо, первоначальная идея задействовать Максимова в операции "Турнир" принадлежит Филиппу Бобкову, возглавлявшему на "Экспо-67" в Монреале оперативную группу КГБ (как известно, с 1968 по 1991 год Бобков возглавлял Пятое управление Лубянки - "службу идеологической контрразведки"). Весной 1971 г. замначальника ПГУ Борис Иванов предложил Максимову, как он говорит, в случае необходимости "выступить в роли предателя".
Павильон СССР на выставке "Экспо-67"
Фактически с этого момента началось дело "Турнир". Но здесь же и появляются первые вопросы. Мнения различных аналитиков по оценке первоначальной цели этой операции неоднозначны. Есть разночтения и относительно полученных результатов. Так или иначе, но Максимов согласился действовать в качестве двойника "на материальной основе", заметив, что для этого ему потребуются "свобода действий и максимум конспирации". Вильямс получил в ПГУ кличку Дрозд, а Тургай и Николай в одном лице отбыл в Канаду, пробыв там до мая 1972 года.
ПАУЗА В ИГРЕ
До 1984 г. у Страны кленового листа не имелось своей разведслужбы. Этим занималось подразделение в составе КККП. Согласно некоторым публикациям, отдел разведки возглавлял Билл Клифф, который встречался с Аквариусом-Максимовым. Но вначале был Фрэнк Дентремон, шеф отдела контрразведки по работе с гражданами СССР в Монреале. Он подсел к Максимову в поезде Оттава-Монреаль, представился и спросил: "Может быть, вы хотите остаться в Канаде или США?"
Похоже, операция "Золотая жила" к тому времени шла полным ходом. Точно об этом нигде не написано, как и о начальной дате "Турнира". Стать невозвращенцем Максимов отказался, однако согласился в дальнейшем давать канадцам некую полезную им информацию в обмен на материальное вознаграждение.
До сих пор неясно, кто кого в итоге "обыграл". Канадца больше всего интересовали сведения о конкретных советских гражданах, а не военная или экономическая информация. Но зачем тогда он предложил "советскому коммерсанту" не возвращаться на родину? Знал, что тот работает в ПГУ?
Это противоречие можно разрешить, если принять во внимание другую версию: операция "Турнир" задумывалась первоначально с целью "подставы" Максимова агентуре канадской и американской разведок... в Москве.
Через несколько дней после вербовки его Дентремоном (или после зондажной беседы) наш Николай возвращался домой и никто не знал, пошлют ли его за океан когда-нибудь еще.
Отношения между СССР и Канадой складывались тогда успешно. Осенью 1972 г. в Москву впервые приехала знаменитая команда "всех звезд" канадского профессионального хоккея. Накануне Максимову пришло письмо от Вильямса. Среди прочего канадский химик сообщил, что в составе делегации будет Питер Стефен. Действительно, тот приехал, звонил Аквариусу и просил о встрече.
Canada's NHL stars stand in line before a Summit Series game against the U.S.S.R. in Moscow
В надежде продолжать использовать Дрозда (Вильямса) как посредника в контактах со спецслужбами противника. Когда же состоялась первая встреча Максимова с Клиффом? Этот персонаж в мемуарах появляется весьма неожиданно, словно какие-то главы в книге были кем-то переставлены местами: "Не случайно же и Дентремон, и Клифф неоднократно поднимали в беседах со мной вопрос о целесообразности моей работы на американскую разведку".
СЕАНС МАЙКЛА ДЗЮБЫ
Поездку Аквариуса в Европу весной 1973 г. западные спецслужбы оставили без внимания. А в августе Максимова направили в Торонто. На Канадской национальной ярмарке он работал под "крышей" замдиректора советского павильона. Кстати, недалеко располагалась и фирма "Дансон", где служил менеджером тот упомянутый Стефен. Максимов ожидал появления Дентремона, и тот вскоре объявился, продолжив их контакт, прерванный на полтора года. Разговор снова вертелся вокруг вербовки Аквариуса и условий его дальнейшей безопасности как агента.
Через день они встретились опять, чтобы уточнить детали. Максимов высказал свои требования и пожелания. Прежде всего ему нужно гарантийное письмо о его канадском гражданстве за подписью премьер-министра Трюдо. Далее: канадский паспорт, свидетельство о рождении, открытие персональных счетов в канадских и швейцарских банках...
Список завершался кредитной карточкой "Америкэн экспресс". Дентремон нехотя согласился изучить требования и сказал, что через пару дней познакомит Максимова с Клиффом, который прибудет из Оттавы.
На этой следующей встрече Клифф вручил русскому гостю визитку с именем Майкла Дзюбы, сотрудника фирмы "Дангарвин": "Это ваша визитная карточка. На это имя вам будет выписан канадский паспорт и открыты счета в банках Канады и Швейцарии". Все эти документы вместе с гарантийным письмом Максимову пообещали вручить позже, когда он снова окажется в зарубежной командировке. Странно, что после такой вполне конкретной беседы новая встреча состоялась только в апреле 1975 г. в Нью-Йорке. Не смещены ли даты в рассказе Максимова на один-два года вперед?
Именно тогда наш разведчик якобы увидел в руках Клиффа "свой" паспорт на имя Дзюбы и прочие документы, включая гарантийное письмо за подписью министра юстиции Уоррена Олменда, датированное 23 августа 1973 г. (то есть временем их предыдущей встречи в Торонто).
ВАРИАНТ КЛИФФА
Максимов говорит, что он запомнил точный текст письма министра, данные паспорта с шестизначным номером, семизначные номера других документов, четырнадцатизначные номера банковских кредиток... В марте 1978 г. все эти группы чисел были опубликованы в "Литературной газете" в статье Аркадия Сахнина "Паутина", где говорилось о некоем коммерсанте Алексее Богдановиче Мартынове, ставшем жертвой происков канадской спецслужбы. Конечно, имя разведчика Максимова там не фигурировало. Но западные разведки прекрасно знали, о ком идет речь, когда КГБ реализует подобную информацию, указав страну.
В своих мемуарах "Первое главное управление" бывший генерал КГБ Олег Калугин утверждает: в начале 1970-х годов у ПГУ имелся надежный агент в канадской контрразведке. Его дальнейшая судьба неизвестна, кроме указания, что он занимал высокую должность в КККП. Как считают некоторые историки разведки, речь может идти о Билле Клиффе или о ком-то из тех, кто работал с Максимовым.
Олег Калугин. Фото конца 1980-х годов
Этим и объясняется срыв в проведении "Турнира", после чего деликатная информация стала для КГБ ненужной. Сюжет с Максимовым был обыгран в печати, когда в феврале 78-го из Канады выдворили 13 советских дипломатов и торговых представителей. В беседе со мной отставной офицер ПГУ, пожелавший сохранить инкогнито, высказал следующее мнение: к Максимову претензий нет, он выполнял указания своего руководства, хотя некоторые даты в его книге могут не соответствовать материалам оперативных архивов ПГУ.
Очередное и последнее "рандеву" Максимова с канадцами произошло незадолго до финала операции "Турнир" в ноябре 1977 г. в Женеве. Новый собеседник Максимова назвался Томасом Квилли и сказал, что Клифф "ушел на пенсию" и Максимов теперь не Майкл Дзюба, а Ярослав Стадник. Поняв явное недоумение своего визави, Квилли пояснил: "Дзюбу знает ЦРУ. Они уже завалили не одного агента, назревают новые скандалы. Забудьте обо всем, что вам о ЦРУ говорил Билл. Что же касается документов и счетов в банках, то мы все предусмотрели".
С этими словами он достал канадский паспорт и весь остальной набор документов "Аквариуса", выписанных на имя Стадника. Максимов снова, как и два года назад, запомнил эти группы чисел. Впоследствии он узнал, что документы на Дзюбу были фальшивые, на Стадника - подлинные.
БЕЗ СТРАХОВКИ
Из рассказа Максимова следует вывод, что крупные суммы денег от канадцев он все-таки получал, хотя, конечно, отчитывался о них в ПГУ. Комментируя его эпопею, бывшие разведчики, с которыми разговаривал автор этих строк, удивлялись "беспечности" Максимова. Как он мог передавать канадцам информацию, пусть даже и в качестве "дезы" на самом деле, не имея на руках такую "страховку", как указанные им документы? Значит, скорее всего имел. Однако наиболее вероятное объяснение, если принять к сведению версию с Клиффом, такое: копии материалов на Дзюбу имелись в ПГУ уже в 1973 г., а документы на Стадника либо были подброшены людьми из ЦРУ, либо вовсе отсутствовали.
С 1968 по 1979 год канадское правительство возглавлял Пьер Трюдо, лидер Либеральной партии. Когда Максимов впервые попал в Страну кленового листа на "Экспо" в 1967 г., Трюдо был министром юстиции. Его преемник в этой должности оказался в центре служебного расследования по "делу Максимова". Как позже сообщалось в канадской прессе, Билл Клифф также попал в жернова следствия.
Шесть "блестящих контрразведчиков" Канадской королевской конной полиции из-за дела "Золотая жила" лишились своих должностей. В 1979 г. либералов у власти в Канаде сменили консерваторы. Ради этого затевался "Турнир"? Но все-таки Анатолий Максимов хорошо сыграл по всему полю шпионской баталии в команде "всех звезд" канадской разведки.
Анализируя дело "Турнир", профессионалы из спецслужб выделяют главное обстоятельство: разведки Канады, США и Великобритании с самого начала знали, что Максимов - сотрудник КГБ. И вербовали его с целью получения информации о ПГУ и передачи в Москву соответствующей дезинформации. Максимова "расшифровали" "супершпион" Олег Пеньковский (до его ареста в октябре 1962 г.) и сотрудник Управления "Т" ПГУ Алексей Кулак (агент ЦРУ Скотч и Федора в ФБР), а также сбежавший к англичанам в 1971-м Олег Лялин, с которым Тургай учился в разведшколе.
Все трое упомянуты автором мемуаров как предатели. Можно сделать вывод, что на Западе каждый шаг Максимова находился под контролем местных спецслужб. А особенно в Канаде.
ДЕЛО О "КРОТАХ"
Лесли Джеймс Беннет в годы Второй мировой войны служил в разведке войск связи британской армии. С 1954 г. жил в Канаде, работал в контрразведке, где возглавил отдел по Советскому Союзу. В 1970 г. КККП установила за ним постоянное наблюдение. Вначале подозрения против него возникли после бегства в СССР Кима Филби, с которым Беннет в конце 40-х работал в Стамбуле. Затем поступили данные из ЦРУ. Операция по разработке Беннета как "советского шпиона" именовалась "Гридирон". Его уволили без пенсии, хотя следствие не имело никаких улик.
Американский исследователь Дэвид Уайз в своей книге "Охота на кротов" приводит слова бывшего сотрудника ЦРУ, знакомого с делом Беннета: "В этом состояла трагедия канадцев. С этим человеком поступили ужасно, его уволили, и от него ушла жена. А он абсолютно невиновен".
По мнению Уайза, своя контрразведка пыталась устроить Беннету хитроумную ловушку, сообщив, что в Монреаль прибывает некий советский перебежчик. Если бы на встрече с "беглецом" оказались также и люди КГБ, то это означало бы, что Беннет вовремя передал эту информацию в Москву. Но "охотникам за кротами" помешала тогда снежная буря над вечерним Монреалем... Какое это имеет отношение к Максимову? Возможно, он ничего не знал о "Гридироне", хотя и был тогда в Монреале.
Разгадка в другом - оперативной игрой против Беннета на месте руководил Дентремон. Тот самый, кто вербовал Максимова. Именно в 1972 г. на "канадской площадке" состоялся главный эпизод "турнира для профессионалов" между ЦРУ и КГБ, в котором принял участие Николай (он же Аквариус).
Резидент КГБ в Канаде (он работал под прикрытием должности советского консула в Монреале) Владимир Меднис. Фото 1970-х лет
Он привез из командировки такой ворох "компромата" на сотрудников оттавской и монреальской резидентур, что руководство не стало разбираться и перевело Медниса в учебное подразделение разведки. А через два года директор ЦРУ Уильям Колби отправил в отставку своего главного контрразведчика легендарного Джеймса Энглтона, который, кстати, не верил в искренность "любимого агента" ФБР Кулака, считая того "подставой" КГБ, что было опровергнуто впоследствии с подачи ЦРУ в американской прессе.
Джеймс Хесус Энглтон во время слушаний по «Уотергейту»
Сегодня каперанг Максимов и полковник Меднис продолжают заочно обвинять друг друга в некомпетентности. После бесед с Владимиром Меднисом у меня сложилось мнение, что ни Клифф, ни Беннет не были советскими "кротами".
Зато Владимир Августович подтвердил: он помогал Энглтону избавиться от Беннета, используя свою и американскую агентуру. И до сих пор уверен, что в КГБ были внедрены "кроты" ЦРУ, хотя отказывается их назвать. В рассказах обоих разведчиков нет сведений о конкретных действиях СИС. Похоже, британская разведка в данном "Турнире" выступила наиболее профессионально, получая информацию из всех источников. Не ломая судеб и карьер своих сотрудников, не раскрыв ни одной своей операции. Хотя и не достигнув здесь каких-то видимых результатов.
