Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Это все-таки странно - когда от смски, от просто пары фраз, от услышанного по телефону голоса, не говоря уже о том, чтобы видеться лично, да хотя бы и просто от того, что видишь ник строчкой ниже "в том числе мои избранные" - становится настолько ощутимо лучше.
Ди-ик, можно глупый вопрос? Давай. Это и есть связка? Вопрос и правда глупый. Иди спать. Эй, а ответ? А ответ я не обещал.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Просто решила покидать в одну запись. Написано оочень давно...
Утро. Н/Д читать дальшеМожете не верить, но я люблю спать. Я ОЧЕНЬ люблю спать. Так что гарантированный способ испортить мне настроение – разбудить в семь утра. Именно это сегодня и произошло. - Дзи-и-и-инь! Знаете, у меня часто возникало желание убить этот будильник. Сначала оживить, а потом убить! От исполнения этого желания меня удерживало только одно… - Нефрит, вставай! Да-да, именно это! Сейчас это золотоволосое чудо наверняка сидит в кресле у окна и читает какую-то толстую книгу. Как он может вставать так рано?! - Нефрит, я жду. - М-м-м, Джедди, еще рано… - Ну, тебе, может, и рано, а королеве в самый раз. Через час совет, а ты еще не завтракал. С твоими темпами Ее Величество увидит нас только к полудню! С трудом разлепляю правый глаз – чего не сделаешь для любимого! - Джедди, далась тебе эта старая карга?! Солнце мое морщится и говорит: - Знаешь, Неф, Вечный сон – не самое приятное времяпрепровождение. Так, если он об этом заговорил, дальше тянуть нельзя. А так хотелось поспааать! Страдальчески вздыхаю и разлепляю левый глаз. Сажусь на кровати. Джедди смотрит на меня через очки. Они ему очень идут, кстати. И вообще – он весь такой серьезный, умный, сстепенный… Так и хочется поцеловать! Что я и делаю. - М-м-м, Нефрит… - его ладошки упираются мне в грудь, - совет! - К черту совет! Он укоризненно на меня смотрит. Терпеть не могу, когда он так делает! Отхожу в дальний угол комнаты, сажусь на стул и картинно надуваю губки. Ну, с Зоем мне, конечно, не сравниться, но так… очень даже ничего. Краем глаза любуюсь собой в зеркале и говорю: - Ты свою работу любишь больше, чем меня! Это моя коронная фраза. После нее Джедди сразу становится мягкий и любящий… мур-р… - Нефрит! Молчу. - Ну Неф! Молчу. Я обиделся. - Неф… Ну, пожалуйста, не дуйся! – подходит ко мне и садится рядом на пол, - Ну, Нефрит! Как тут устоять, когда он смотрит на меня умоляющими глазами?! Поворачиваюсь и смотрю на него. - Неф, ну… Ну чего ты хочешь? В голове тут же возникает вполне логичный ответ, но я его отбрасываю. Для разнообразия. - Хочу… - задумчиво смотрю в потолок, - Хочу конфет! Моих любимых! Глазки Джедди удивленно распахиваются, потом его губы начинают медленно растягиваться в улыбке, и, наконец, он смеется. Чего я и добивался. Смех у него чертовски красивый. - Ладно, чудо мое невыспавшееся! Будут тебе конфеты! Он исчезает. Видимо, на землю пошел. За конфетами. Я их очень люблю. Джедди иногда шутит, что я скоро в мундир не влезу. Я тогда швыряю в него подушкой, но он не обижается. Хороший он. Ну, еще бы, ведь я же его люблю! Минут через десять он появляется передо мной. Ив его руке – о радость! – конфеты! Надо вам сказать, что больше, чем сон, я люблю только конфеты. Ну, и Джедди. - Спасибо, Джедди! – я целую его в губы и забираю пакет с конфетами. Конфеты вкусные. К тому времени, как Джедди меня окликнул, я съел, наверное, пол пакета. - Эй, сладкоежка! В мундир не влезешь! Я швыряю в него подушкой. Он смеется. Краем глаза я хитро смотрю за часами. Пять… четыре… три… два… один… Ура! Мы опоздали! К несчастью, Джедди проследил за моим взглядом… - Нефрит! Я тебя убью! Упс, пора сматываться! Это лучшая тренировка – убегать от Джедди. Может, из-за нее я и влезаю пока в мундир… Наконец, я запинаюсь о ножку стула и падаю на пол. Джедди – сверху. - Я тебя убью, - уже спокойнее говорит он. - Я тоже тебя люблю! Слушай, а давай, ну его, этот совет, а? Я касаюсь губами его губ. Все, Берилка, жди к полудню!
Сердце можно склеить. Н/Д читать дальшеДевушка шла по улице, пиная листья. «Почему? Зачем? За что?» - проносилось в ее голове. Ветер трепал черные волосы. Небо сгустилось и звенело в ее голове, как колокол. Так бывает, когда разбивается сердце. «Почему? Как ты мог? Я что, настолько тебе противна?» Ее бросил парень. А она любила, все еще любила. Ногти впились в кожу – до крови. - Почему?.. Она остановилась, повесив голову. Она и не заметила, как вышла в парк. Боль унялась. Навалилась только черная, мокрая и гнусная усталость, укрыла пушистым одеялом… Пустота в душе. Пустое небо. Пустая жизнь. И пустое сердце, расплескавшее огонь. Краем глаза она заметила уголок блеклой листвы. Подняла голову. Она стояла на краю поляны. Еще пол шага – и выйдет на свет. Но этого она делать не стала. На поляне, прямо на траве сидел юноша и перебирал пальцами зеленые травинки. Ветер ласкал его грустное лицо. Девушка с интересом всмотрелась. В его глазах зависла та же пустота, что она видела в своем сердце. Они – глаза – были бирюзовыми, но затянутыми белесой дымкой грусти. Он смотрел на траву, а его губы что-то бессознательно шептали, кажется, повторяли одно и то же слово. Девушка пригляделась. - Неф… Нефрит… - шептали губы. Рука юноши вспорола воздух, с корнем вырывая травинки, и зависла на полпути к лицу. Он досадливым движением смахнул слезы. Кажется, он ничего не замечал. Его лицо взметнулось к звездному небу над головой. - Я устал от тебя, слышишь?! Устал! Прочь, оставь меня в покое! Я для тебя игрушка, развлечение… Какого черта?! Я лорд или где?.. Он опустил лицо в руки, его плечи еле заметно тряслись. Девушка решила, что он плачет, но когда он поднял голову поняла, что ошиблась. Он смеялся. - Да! Да, черт возьми, ты тысячу раз был прав! Я дурак! Я кретин, идиот, раз поверил тебе! Он обессилено опустился на траву и прошептал: - И поверю еще… Юноша лежал, на его лице звездами застыли капельки пота. Он закрыл глаза и в сумерках казался почти спокойным… если бы не судорожное дыхание. Взметнулся звездный вихрь – девушка не поняла, откуда, то ли сверху, то ли сбоку – и на поляну шагнул еще один человек. - Джед! – он рухнул на колени рядом с первым юношей, - Джед, очнись! Ты это… ты чего… Прости меня! Это я идиот, это я дурак! Юноша приподнялся на локте и грустно посмотрел на собеседника. - Скажи еще, что любишь меня, - скептически пробормотал он. - Люблю! Больше всего на свете, Джед… Некоторое время второй человек всматривался в лицо первого, а потом смущенно достал руку из-за спины. - Вот… Это тебе. В его руке был букет огромных черных роз. Юноша распахнул глаза. - Мне? А… а почему черные? - А потому что красные Кунсайт Зойсайту дарит! Тебе нравится? Вместо ответа юноша просто подался вперед и обнял его, отодвинув цветы. Они исчезли в звездном сиянии… «А мне… никогда…» - на глазах девушки выступили слезы. - Аника! Вот ты где! Она обернулась. Перед ней стоял кареглазый юноша – ее парень. В руке он сжимал помятый букет ирисов. - Ани… Прости меня. Я с работы отпросился. Хочешь, пойдем в ресторан? Я больше никогда не буду о тебе забывать! Пожалуйста, прости… Он виновато повесил голову, ожидая приговора. Аника рассмеялась и забрала букет. - Ирисы… Мои любимые. Спасибо. Он поднял голову. - Так ты простила? - Ага. Они обнялись. Разбитое сердце склеилось.
Я был. К/З читать дальшеЯ шел по улице города. Я не особенно утруждался поисками города. Я даже не знал его имени. И шел по улице и пинал прошлогодние листья. Неопрятный город – весна, а листья еще не вымели. Я вздохнул. Это был ностальгический город. В закоулках сгущались пушистые тени. На подоконнике какого-то дома росла завядшая герань. В лицо швыряло тополиный пух, а не как в Токио – листья сакуры. Пух запутывался в волосах. Потом час буду вычесывать. Но сейчас об этом не очень-то думается. А еще – над городом было небо. Оно было огромным и затянутым прозрачными белыми облаками. Ветер играл с ними и гладил, как котят. Я люблю ветер. Пошел дождь. Я улыбнулся. Почему-то вспомнилось лицо Кунсайто-самы. Непременно где-то через час он найдет меня и укоризненно скажет: «Зой! Ты же можешь простудиться!» А я засмеюсь и скажу, что демоны не простужаются. А потом мы вернемся в замок и Кунсайто-сама закутает меня в свой свитер (да-да, у него свитер есть! Большой и серый!) и будет поить горячим чаем. Я снова улыбнулся и раскинул руки в стороны. Дождь больно хлестал по лицу, но мне нравилось. Может, в душе я мазохист? Пушистые тени спрятались по углам, тополиный пух намок и осел на дороге. Дождь хлестал меня по лицу. Как же хорошо! Не знаю, сколько я стоял так. Я был – небом, ветром, дождем, гордом… Я был тополиным пухом, облаками и кошками на крышах, я был геранью на подоконнике. Я просто был. А стоило закрыть глаза, и я видел улыбающееся лицо Кунсайто-самы. - Зой-тян! – раздался сзади чуть укоризненный голос и знакомые теплые руки обняли меня. Я развернулся и обхватил руками его шею. - Кунсайто-сама! А я так рад вас видеть! Кунсайто-сама вздохнул. - Зой, не гуляй под дождем! Простудишься. Я тряхнул хвостом мокрых волос. - Кунсайто-сама, демоны не простужаются! - Ох, Зой! Пойдем домой. - Хорошо, Кунсайто-сама… Я окинул прощальным взглядом безымянный город и исчез вслед за Кунсайто-самой. Я был. А ведь это самое главное – я был.
Обычная жизнь. К/З читать дальшеЗнаете… Я очень люблю сумерки. Тогда так уютно, можно посидеть у огня и повязать… Да, я вяжу. И хорошо, между прочим, вяжу. Ну, Кунсайто-сама, по крайней мере, не жаловался – а носки ему всегда я вяжу. А то холодно у нас здесь, не дай Металлия, простудится. Я смотрю в огонь. Люблю я его. Только пусть Кунсайто-сама не ревнует – я и его люблю. Вот в такие вечера я всех люблю. Хотя иногда накатывает ностальгия по старым военным временам… Каждый день – бой, опасность… и Кунсайто-сама рядом… А сейчас чувствую себя женой солдата – он все по делам государственным с королевой болтает, а я вот… сижу… Только и остается – носки вязать… Со вздохом возвращаюсь к вязанию. Обыденно это все. Привычно. А как хотелось… романтики… е-эх… Нитки под моими руками сплетаются в шапку. Не все же носки вязать! Конечно, можно с помощью магии все делать… Но так оно как-то… теплее. Опять же – время скоротать. Вздыхаю. Вдруг мои глаза сзади закрывают большие теплые ладони. Недовязанная шапочка летит на пол. - Кунсайто-сама?! – оборачиваюсь, - А что вы так рано? Лорд хмурится, но в его глазах улыбка. Он улыбается только для меня… - Ну вот, нет чтобы сказать: ах как я рад! Сразу вопросы! Картинно восклицаю: - О, мой Лорд, как я рад, как я счастлив! И бросаюсь к нему с поцелуями. М-м-м… - Все-все, Зой-тян, хватит. У меня для тебя сюрприз. Недоуменно смотрю. Сюрприз? - Пошли, - он берет меня за руку и тащит за собой. Э, а меня спросить? Впрочем, я и так согласен. Мы пролетаем мимо изумленной юмы. Глаза у бедняжки размером с блюдца. Так ей и надо, она вчера на меня чай пролила! Гр-р… Спускаемся вниз. Во дворе стоит… карета. Самая натуральная. Кунсайто-сама за ней в Средние века смотался? - Прошу, - он делает приглашающий жест рукой. Чувствую, как мои щеки заливает краска. - Кунсайто-сама… Это – мне? Мой Лорд улыбается. - Тебе, тебе. И это еще не все. Чувствую себя Золушкой из сказки. Только к принцу и ехать не надо, вот он – здесь, рядом в карете сидит… Кучер подхлестывает лошадей и карета трогается с места. Стук копыт убаюкивает, я кладу голову на плечо Кунсайто-самы… Внезапно карета останавливается. - Приехали, - Кунсайто-сама улыбается ивыходит, галантно открывает дверь. Я вылезаю из кареты… Я явственно почувствовал, как челюсть моя ударилась о землю. Как красиво… Передо мной раскинулось великолепное синее озеро, в свете недавно взошедшей луны казавшееся серебряным… По берегам росли низкие кусты, почему-то пахло вишней… Луна придавала этому месту особое великолепие… Я повернулся к Кунсайто саме. - Мой Лорд… Кунсайто-сама… Вы… Спасибо! Лорд обнимает меня за плечи. - Это тебе. Моему любимому демону. Я выскальзываю из его рук, сажусь на корточки у кромки воды. Берег галечный… Тут мне на память приходит детство. Хитро улыбнувшись, я беру камешек и кидаю его в воду. Раз…два…три… четыре… пять… шесть… семь… Бульк! Кунсайто-сама понимающе улыбается и садится рядом. Берет камешек… Может, не так уж это и плохо – обычная жизнь? Ведь когда среди сражений и опасностей выкроишь минутку вот так посидеть на берегу озера и покидать в воду камешки…
Яблоки. К/З читать дальшеКоролева сидела в тронном зале. (А вы видели ее где-нибудь еще?) Ее шар валялся в углу зала, чудом не расколовшись на две половинки. Ее Величество тягостно вздохнула и позвала в темноту: - Эй! Лорды! Идите сюда, что ли… Первым в зале появился как всегда Джедайт. Собранный, причесаный, отутюженый. Вторым, как это не странно, прибыл Нефрит. Не собранный, не причесаный, и тем более не отутюженый. Последними прибыли Третий и Первый Лорды, Лорд Зойсайт, по обыкновению, висел на руке любимого. Королева с тоской оглядела подчиненных и произнесла: - Скучно мне. Лорды синхронно вздрогнули. Если королеве скучно… жди беды. А монаршая особа повторно оглядела лордов и изрекла: - Яблок хочу. Лорды переглянулись. Дело в том, что яблоки в Темном Королевстве отродясь не водились, и откуда Ее Величество могла их попробовать, никто не знал. - Зойсайт, достань мне яблок, - повелительным тоном заявила королева. Зой поперхнулся воздухом. - Я? Но, Ваше Величество, почему я?! - Потому что я так сказала! – грозно взревела королева, - Можешь идти. Зойсайт исчез, бормоча себе под нос: «Дура коронованая, чтоб тебе пусто было!Сама бы за этими яблоками на землю шла!» За Третим Лордом исчез и Первый, королева и сказать ничего не успела. Вздохнув, она уставилась на оставшихся подчиненных. - Ну что? Ждем Зойсайта.
Телепортировался Третий Лорд к себе в комнату. Нерешительно остановившись около стола, он задумался. - Где на земле искать яблоки? Яблоки… Это дерево. Но где оно растет? За спиной Зоя что-то вспыхнуло и появился Кунсайт. - Кунсайто-сама, - озадаченно спросил Зой, - где мне достать яблоки? - Нам, Зой, - поправил Кунсайт, - Где нам достать яблоки. Полагаю, в магазине. Зой рассмеялся. Как он сам не додумался. - Кунсайто-сама, вы такой умный! – он прижался к любимому. - Пора, Зой, - напомнил Кунсайт, - Чем скорее мы справимся с этим, тем быстрее освободимся. Зой кивнул и нехотя отстранился от Кунсайта. Подойдя к столу, он открыл ящик и нашарил там бумажки. - Это ведь земные деньги, Кунсайто-сама? – вопросил он Лорда. Кунсайт пригляделся. Зой держал в руках купюры на тысячу и пять тысяч рублей. - Да, - кивнул Первый Лорд, - Это русские деньги. Отправимся в Россию. Так они и сделали – только сверкнул телепорт.
- Тьфу, Кунсайто-сама, эти комары меня съедят! – в сотый раз пожаловался Зой. Они пробирались через дебри настоящего русского леса – с комарами, холодом, мошками и прочими прелестями. Произошел какой-то сбой в телепорте, и они оказались не там, где планировали. Впрочем, этот лес находился рядом с небольшим поселком городского типа, как сообщил любимому Кунсайт. Кунсайт стоически выносил все испытания – в конце концов, ему не привыкать, а вот Зою было хуже. Он совсем не привык, чтобы его кусали. - Лучше сражаться со всеми сейлорами Японии, чем с этим… ой! Маленькими, гадкими, верткими, - Зой безуспешно пытался отогнать комаров. - Ай! Кунсайто-сама! – вдруг взвизгнул он и отпрыгнул к Первому Лорду, - Там… там что-то живое… Из-под зарослей травы и правда доносилось пыхтение и сопение. Кунсайт отстранил Зоя и осторожно подошел к источнику сопения, разгреб траву, и… - Ой! – радостно воскликнул Зойсайт, - Ежики, ежики! Какие милые! Кунсайто-сама, вы только посмотрите! Действительно, в зараслях травы скрывалось семейство ежей. Почтенный папа и издавал то сопение, которое привлекло внимание Лордов. Когда наконец удалось отцепить Зойсайта от ежей, Лорды продолжили путь. Лес вскоре кончился, к немалому облегчению Зойсайта. Перед Лордами открылся вид на поселок. Дома были не выше четырех этажей, старенькие, требующие ремонта, но добротные. По улицам сновали люди. - Простите, - Кунсайт остановил молоденькую девушку, - Вы не скажете, как пройти к магазину? - А! – заулыбалась девушка, - Не местные! Надо же, у нас никогда иностранцев не было! Какой у вас акцент интересный! - Простите, - прервал излияния девушки Кунсайт, - Все-таки, где магазин? Девушка махнула рукой: - Идите вон прямо, до того газика, потом сверните влво по Хрюшкиному переулку – так короче. Дальше дите до согнутого дорожного знака – не перепутайте, там еще нормальный стоит, прямой! – потом сверните вправо, и там до большой желтой каланчи, потом влево до красного домика – он кривой весь, краска облупилась, узнаете, - потом сверните вправо и увидите магазин «Продукты». Ну, счастливо! И девушка умчалась прочь. - Кунсайто-сама, - озадаченно спросил Зой, - Вы что-нибудь поняли?
В общем, до магазина Лорды дошли где-то через час, и то благодаря маленьким размерам поселка. Магазин был крошечный – всего одна комната. Оглядевшись, Зой заметил прилавок с фруктами. - Кунсайто-сама, где тут яблоки? Дело в том, что ни один из Лордов ни разу не видел этих таинственных фруктов. На прилавке лежали апельсины, ананасы, груши, яблоки, сливы… Глаза разбегались. Наконец Зой подошел к продавщице и попросил: - Можно нам… вон тех… желтых… - палец его указывал на груши. Продавщица улыбнулась. - Не местные, что ли? Акцент у вас странный. А вам сколько? Зой оглядел большие сочные груши. - Пять, пожалуйста. Продавщица завернула груши в странного вида сетку. - Вы уж извините, пакетов нет. Все вышли. Ну, доброго здоровьичка. Зой взял груши и протянул продавщице купюру в тысячу рублей. Женщина стушевалась. - Ой… Это сколько ж сдачи давать-то… Видя растерянность доброй женщины, Кунсайт щедро сказал: - Оставьте себе. Мы пошли. Продавщица проводила странных покупателей взглядом.
В этот вечер вся правящая верхушка Королевства ужинала яблоками. И никогда еще Зой не ел таких вкусных яблок. А то, что они были завернуты в неэстетичную сетку, и были вообще-то грушами, это ничего. В конце концов, королева тоже ни разу этих яблок в глаза не видела.
Дневник Джедайта. Н/Д читать дальшеЗдравствуйте. Нет, глупо так обращаться к своему дневнику, который все равно никто не прочитает. Не люблю начала. И окончания не люблю. Живу. Лучше бы не жил. Мысли вообще девать некуда. Вот и завел дневник. Нет, все равно глупо получается! Сегодня вообще день глупый. Совершенно бессмысленный. Началось все с совета, как обычно. Опять кто-то к нам на западные границы пришел, и обойтись без меня там никак не могут! Королева сказала, чтобы я туда отправлялся. С Нефритом. Вот уж не было печали! Будто не знает, что я терпеть не могу этого пижона! Нет, я Берилл понимаю – страховка, и все такое… Но почему бы не послать со мной Зойсайта? Он все же мой друг. Нет, не понимаю я Берилл! Едем на границы. Глупый, глупый, бессмысленный день!
Приехли. Нефрит, как и ожидалось, всю дорогу мне мешал. Я пытался читать отчеты командиров подразделений, отосланных к границам раньше нашего. Так нет же! Он постоянно меня отвлекал, пытался шоколадом кормить. Какой шоколад на работе?! Берилл, почему мне нельзя его придушить?! Впрочем, на войне он неплох. Практически всю стратегию он взял на себя – мне оставалось только рот разевать. Воин он хороший, это надо признать. Но, Металлия, в свободное от войны время он совершенно невыносим!!! В довершение всего, нам отвели какую-то малюсенькую комнатку в углу замка. И не по прихоти – просто остальные были заняты! Беженцами. Так что пришлось мне находиться в одной комнате с этим идиотом. Металлия, он даст мне наконец поработать?!
Сегодня была первая битва. Враг силен. Но не настолько, чтобы мы не справились. Стратегия оказалась превосходной, мы их отбросили. Скрипя зубами, сказал Нефриту спасибо. Он просто махнул рукой и ушел обольщать какую-то местную девушку. Ненавижу! Но, надо признать, дерется он хорошо. Просто замечательно дерется. Вихрь стали, серебряный смерч… Завораживающий танец с мечом… Тьфу, о чем это я?! Завтра мы их преследуем. Ну, Берилл, погоди! Я тебе все скажу! Какого лешего надо было посылать со мной этого кретина?!
Ну, мы их догнали, как и ожидалось. Правда, они оказались не так просты, как мы думали. Откуда-то у них взялись свежие силы… Меня ранили. Да, меня ранили. Какой-то недобитый хмырь метнул ножик. Я в то время разбирался сразу с пятью, поэтому отразить удар не смог… Но я попытался – и кто-то из тех пяти чуть меня не убил. И, как не противно признаваться, меня спас Нефрит! Пришлось его поблагодарить. Теперь сижу, как герой, сперевязаной рукой – туда ножик попал. Потому и почерк корявый. Врагов мы сильно потрепали, они больше не вернуться. Мир сегодня подписали. А я вот сижу в палатке, и моя заботливая сиделка не разрешает даже прогуляться выйти. Нефрит, чтоб его! Ну кто его просил наниматься мне в няньки?!
Все еще сижу в палатке. Воины все уже ушли – только мы с Нефритом и две лошади. И палатка. В которой я сижу. Чуть не вою с тоски. Ну кто, кто просил его обо мне заботиться?! Задумываюсь, может, вены вскрыть?
Не вскрыл. Нефрит заметил мое состояние. Наблюдательный… Он стал… нет, ни за что не угадаете! Он рассказывал мне сказки! Самые натуральные сказки, с «жили-были» и прочим. И я слушал. Красиво ведь рассказывал, очень красиво! У него талант – с этим красноречием он и леопарда уговорит отдать свои пятна! Тьфу, о чем это я?! Скорей бы домой… Когда эта рука заживет?! Ножик был какой-то заколдованый…
Нефрит. Нефрит. Нефрит. Все мысли о нем. Глупо! Он же… упрямый, невыносимый, лентяй и… блин. Сегодня он рассказал мне сказку. Обычную такую сказку. Вот только вместо принца и принцессы там были… два принца. Вот теперь сижу и думаю, что бы это значило? Наверное, все же не так плохо, что Берилл его со мной отправила…
Я счастлив. Просто счастлив. В добавок ко всем недостаткам Нефрита, он еще и нетерпеливый. И ему надоело ждать… меня. Тьфу, я краснею. Сегодня утром он просто подошел и поцеловал меня. Я думал, я его убью, но вместо этого… ответил на поцелуй. Ну и… Он так целуется! Рука зажила. Приеду – скажу Берилл спасибо.
Я в прострации. Я под впечатлением от разговора с Берилл. Сегодня на совете я старался быть сдержанным, но… Это же невозможно, когда все мысли о нем! И какие мысли… Вот я и краснел периодически. А после совета Берилл попросила меня остаться. Она меня поздравила, и спросила, когда ждать свадьбы. Я покраснел, как рак вареный, и, чтобы сменить тему, спросил, почему она Нефрита со мной послала. Королева сказала вот что, я помню дословно: - Джедайт. Ты замечательный работник. Я тебя очень ценю. И я не могу видеть твое лицо таким… отмороженным! Теперь подумай: ну не Зоя же просить тебя растопить?! Тебе нужна была любовь. А мне нужен был Лорд, а не ледышка ходячая! Не могла я смотреть, как ты загибаешься. Тем более, Нефрит тебя давно любил. Вот теперь сижу и думаю: а хорошая у нас королева, а? И работать у нее одно удовольствие… Если кто-нибудь даст мне работать… Нефрит!!!!!
Одна ночь. Н/Д читать дальшеНочь в большом городе – нечто страшное, душное, и темное. Но не для всех – если кто-то все-таки решился выйти из дома ночью. Этой ночью луны не было. Звезды тускло просвечивали сквозь облака. Шел дождь. По улицам Москвы неспеша, пиная немногочисленные опавшие листья шел человек, юноша. У него были короткие золотые волосы, правда в полумраке они казались серыми, и золотились только в свете фонарей. Бирюзовые глаза человека смотрели под ноги, руки он засунул в карманы брюк. На шее у человека болтались мобильный телефон и плеер, наушники от последнего были вставлены в уши. Музыка играла на полную громкость – было слышно даже вне наушников. Тяжелый рок. Человек остановился, привалился спиной к фонарю и застыл, прикрыв глаза. Он любил рок. Это была его любимая музыка. Когда она громыхала в наушниках, все вокруг вертелось в каком-то бешеном водовороте, и можно было на чуть-чуть отвлечься от проблем. От того, что историю не учил. От того, что по алгебре трояк. От того, что эта безумная, злая осень, похоже, никогда не кончится, и весь город утонет в дожде. От того, что денег заплатить за квартиру нет, и скоро придется ночевать на вокзале. От того, что плохо, в общем. Музыка звала с собой, уносила куда-то в немыслимые дали. Музыка. Тяжелый рок. В ушах надрывались по-английски, а он на этом языке говорил только со словарем – с людьми пока стеснялся… Но ему нравился бешеный ритм, рваная мелодия и голос солиста. Красивый голос. О чем он пел? Слышались слова «демон», «звезды», что-то еще… Но это ведь не важно. Это все не важно – лишь бы гремела в наушниках музыка. И можно забыть про того кретина, на которого напоролся третьего дня в переулке. Забыть про то, как тот, зарычав, кинулся вперед. Забыть, забыть о том, как похолодело сердце, а рука сама достала нож. Забыть. Сейчас – только музыка. Только ти слова… О чем же он поет? О любви что-то… И опять «демон». И еще… еще… что же это за слово, откуда оно? Музыка гремит в наушниках – не важно, что уже промок. Не важно, что… стоп. Юноша вынул один наушник из уха. Его слух резанула полицейская сирена. Менты! Этого не хватало… Неужели нашли… того? Неужели как-то вышли на след? Неужели?.. Но нет, страшнее не это – а то, как он убивал этого пьяного кретина. С каким холодным блеском в глазах. Как будто много раз так делал. Юноша вздрогнул, оглянулся. О улице мчалась машина с мигалкой. Черт… Вставив наушник в ухо, он оттолкнулся от фонаря и бросился бежать. Бежать – от полиции, от… себя. И эта музыка в ушах – невероятный коктейль звезд, демонов, любви и… что же это за слово? Так и вертится в голове… Музыка подстегивала, заставляла бежать быстрее. Вздор! Разве можно обогнать машину?! Нельзя… Но если свернуть сюда… Так и есть, менты высадились и побежали следом. Кем же был этот пьяный хмырь, если из-за него столько хлопот? А музыка все гремит в ушах, призывая вспомнить… Ну же, ты же учил английский! Даже пятерка была… Во втором классе… Что же это за слово? Так. В подворотню, в скверик, чуть вправо, пролезть через кусты – а там парк… Спрятаться? Нет, найдут… Да зачем, собственно, бежать?! Наверняка никаких улик у них нет. Разве что… Черт, он же там нож обронил! Когда улепетывал оттуда со всех ног… от себя… От своей… жестокости… Бежать, бежать… Дальше, вон там, должен быть забор. Да – перемахнуть, и снова бежать… По каким-то темным, незнакомым улицам… Бежать… Кажется, менты таки отстали. Юноша сел на покосившуюся скамейку, продолжая вслушиваться в музыку. Что-то неуловимо знакомое… Это слово… Этот голос… Что? Нет, такого слова в английском нет. Наверное – насколько можно судить с его знаниями… Но что это? Город? Река? Страна? Или… имя? Имя… Имя… «Как тебя зовут, мальчик?» «Джед…» Юноша помотал головой. Нет, нет, откуда?! Это не его имя… или… его? И этот голос… этот безумный, бархатный, такой красивый голос… «Джедди?» «Да?» «Я тебя люблю». Неужели? Неужели… Юноша поднял лицо к небу, сквозь которое едва просвечивали звезды. - Ты… - выдохнул он, - Ты… Неф… Договорить он не успел. Нож под ребра – и привычные руки шарят по карманам. Потом грабитель, не найдя ничего, зло сплюнул, и ушел, оставив у скамейки медленно остывающий труп. Ночь в большом городе – нечто страшное, душное и темное. Но не для всех. Ночь – дом для грабителей в переулках.
Любовь. Н/Д читать дальшеЯ проснулся, что уже само по себе было подвигом. Разбудил меня юркий лучик солнца, скользнувший по лицу. Я пытался загораживаться подушкой, забираться под одеяло – бесполезно. Наконец я встал – сонный и злой. Оглядевшись вокруг, я почувствовал, что чего-то не хватает. Я даже почувствовал, чего именно не хватает – Джедайта. Я подошел к окну. Было еще совсем рано, солнце поднялось невысоко над горизонтом и заливало все вокруг мягким тихим светом. Вроде бы рано для работы. Правда, у Джедайта нет понятия «рано», но все же… Я озадаченно оглядел комнату. Все как обычно. Вот разве что… Подойдя к тумбочке рядом с кроватью, я увидел листок бумаги, испещренный каллиграфическим почерком моего возлюбленного. Я взял записку и, усевшись в кресло, заранее недовольный принялся читать. «Здравствуй, милый. У меня срочная работа. Буду вечером. Завтрак на кухне. Целую, Джед». Ну вот. И так всегда. Просыпаешься – и некого обнять, поцеловать… Почему, собственно, я должен ждать до вечера?! Я всегда говорил, что свою работу он любит больше меня. Записка полетела на пол, я огорченно перенес с кухни чашку с чаем. Чай был еще горячим. Ну почему он всегда так?! Нет, я его люблю, но бывают моменты, когда я готов задушить его своими руками. А потом горько рыдать на его могиле. Почему я должен ждать, пока он управится с делами? Какие у него вообще дела? А и правда… Куда это он с утра пораньше? Королева небось еще спит, значит, срочных поручений ему надавать не могла. Что тогда? Я сосредоточился, поставил чашку на тумбочку и просканировал королевство на предмет Джедди. Так я и знал – нет его. Но где он тогда? Эх, чем черт не шутит… Махнув рукой, я перенесся на Землю. Потом повторил поиск Джедди. И – что вы думаете? – нашел! Еще раз махнув рукой, я перенесся к нему… Некоторое время я пытался осознать, где я очутился. Осознав, тут же отпрыгнул. Понимаете, я сидел на скелете какого-то доисторического зверя, а это, в общем-то, не очень приятно. Отскочив, я огляделся. Местность вокруг была песчаной и сухой. Тут и там из земли торчали ископаемые скелеты, методично отчищаемые от песка людьми в одинаковых костюмах. Опустив взгляд, я увидел, что один такой сидит рядом и большими глазами смотрит на меня. Что-то в нем есть знакомое… Нежное личико, впрочем, основательно измазанное землей, запылившиеся золотые волосы, кроткие бирюзовые глаза… Таак. - Таак, - сказал я вслух, награждая любимого красноречивым взглядом, - Ну и кто же дал тебе такую работу, Джедди? Любимый мой с невозмутимостью танка проговорил: - Начальник компании. А вот ты что тут делаешь, Неф? Я почувствовал, что закипаю. - Что я здесь делаю?! Это что ты здесь делаешь?! Я понимаю, когда Берилка дает бредовые задания, отказаться нельзя, но это! Извини, но это мало похоже на причуду королевы при всей ее фантазии! И ради каких-то пыльных дряхлых скелетов ты меня бросил?! Я остановился, чтобы перевести дух. Джедди виновато опустил голову. Не прощу! Пусть даже не просит! - Неф, прости, - извиняющимся тоном проговорил Джед, - Просто я увлекся археологией, и вот… Я устроился работать в одну компанию, нас послали сюда… Ну извини… Не могу сказать, что меня совсем не тронула картина «Кающийся Лорд Джедайт», но я был слишком обижен, чтобы простить его вот так сразу. Глубоко вздохнув, я ледяным тоном проговорил: - Если ты эту работу так любишь, с ней и оставайся. Без меня. И, не став слушать возражения, я перенесся к себе. Сев в большое зеленое кресло, я телепортировал из подвала бутылку вина, открыл и глотнул прямо из горлышка. Чувствовал я себя крайне паршиво. С одной стороны – не надо было мне так злиться из-за простого увлечения, но с другой… Когда он уже поймет: я не могу без него! Ни минуты, ни секунды! Я хочу быть с ним всегда, каждый миг без него причиняет почти физическую боль. А он, видите ли, археологией увлекся… Так пусть и целуется со своими склетами! Я мрачно хмыкнул, глотнул вина и отставил бутылку. Не собираюсь я напиваться, хотя очень хочется. Буду воспитывать силу воли – а то как я удержусь от того, чтобы не перенестись к Джедди, не поцеловать его мягкие губы, не… Тпру! Остапа несло! Так я сидел мрачно уставившись в стенку – памятник благородному негодованию. Так я и сидел – пока мои глаза сзади не накрыли до боли знакомые ладони. - Уходи, - угрюмо обронил я , борясь с желанием обернуться и обнять его. - Неф… - Джедди сел рядом со мной. - Уходи, - повторил я, продолжая состязаться с собственным сердцем. Счет был не в мою пользу. - Нефрит, ну прости! Ну пожалуйста! Ну… Джедди щелкнул пальцами и на столе передо мной появился небольшой тортик. Шоколадный. Сладкий. Вкусный… - Джедди, это нечестно! – обиженно сказал я, - Ты же знаешь, как я люблю шоколад! Джедди улыбнулся. - Ну вот. А я люблю археологию. Но не смотря на это, я больше всего на свете люблю тебя, глупый. С твоим упрямством, с твоими сценами ревности, с тем, что утром тебя не добудишься… Понимаешь? Я люблю тебя, Неф. Без тебя мне плохо. Я повернулся к нему. Мы сидели в одном кресле – близко-близко, на расстоянии всего нескольких сантиметров. Не выдержав, я чуть подался вперед и выдохнул в его приоткрытые губы: - Я тоже люблю тебя, Джедди.
Новый год. Н/Д читать дальшеСегодня канун Нового года. В этом году я стал совершеннолетним. Теперь я взрослый, хотя отец смеется, слыша эту фразу. Я пойду на бал в честь Нового года. Туда имеют доступ все совершеннолетние аристократы. Хоть я и живу в провинции, отец все же поедет на бал, и возьмет меня с собой! Я так счастлив. Мама не хотела меня отпускать. Она говорила, что умрет без меня. Почему без меня? Я же не навсегда уезжаю. До столицы мы ехали в карете. Мы выехали пораньше, но все равно, когда приехали, гостей уже было много. К нашей карете подошел лакей и почтительно открыл дверь. Мы с отцом прошли во дворец. Он был такой красивый! Хотя что-то было в нем мрачное и пугающее, но красота есть красота. Интересно, из какого камня он сделан? Весь черный, очертания башен странные… гротескные. И все равно красиво. Мы шли по коридорам дворца, пока не уперлись в дверь. По обоим краям ее стояли стражники. Они открыли дверь и мы вошли. Комната была небольшой и довольно темной. В ней толпилось много народу – всё гости бала. На выходе из комнаты стоял герольд, он объявлял гостей. Отец протащил меня в какой-то дальний угол, тяжело вздохнул и заговорил. Вид у него был на редкость подавленный. - Джед, слушай. Ты стал взрослым, я все понимаю. Тебе хочется окунуться с головой в дворцовую жизнь, но… поверь, это не так красиво, как кажется! Весь этот лоск, манеры, кажущаяся доброта – лишь ширма, за которой скрывается грязь, зависть и подлость, дворцовые интриги. Ты слышишь, Джед? Я немного отвлекся. Кругом было столько народа – красивые, элегантные… Я смотрел украдкой за тем, как плавно они движутся, как улыбаются их лица, и отчаянно хотел попасть к ним, стать для них своим. Отец печально вздохнул и положил руку мне на плечо. Она была тяжелой и горячей. - Будь осторожен, Джед, - еле слышно прошептал он. Мы пробились к выходу, герольд оглядел нас. Отец что-то шепнул ему, он кивнул и воскликнул в толпу: - Его Светлость Лорд Иллюзий Антрацит с наследником! Мы вышли из полутемной комнатки. Мне в лицо ударил яркий свет, я даже зажмурился. Вокруг было столько красивых, сияющих лиц, столько улыбок, радости, счастья! Мы спустились по длинной лестнице. Внизу стояла женщина. Весь ее облик поражал скрытой силой, она просто дышала могуществом. Отец наклонился и поцеловал ей руку. Она подала руку мне. Я наклонился. От нее пахло хорошими духами, она благосклонно улыбалась. Я коснулся губами ее руки. Мою голову пронзила мысль о том, что это королева. Ну да, королева. Почему-то я не удивлялся. Я уже ничему не удивлялся, будто я был не я – яркий свет тысяч огней, красивые лица, красивые платья, красивая музыка, ощущение неземного блаженства – всего этого просто не могло быть со мной. Отца куда-то увлекли по делам, а я попытался пробраться к стене, так как совершенно не представлял себе, что делать в этом сияющем великолепии. Я огибал гостей, и чувствовал себя ужасно неловким и неуклюжим, казалось, я вот-вот наткнусь на кого-нибудь. Так и случилось. - Осторожнее, - ласково проговорил бархатный голос, - Вы в порядке? Я поднял взгляд – и понял, что пропал. Словно перед смертью передо мной промелькнула вся жизнь – уроки, прогулки с матерью, ужины, охота… Промелькнула – и исчезла. Остались только эти невероятные, жгучие синие глаза, в глубине которых мерцали насмешливые искорки. Я тонул в них, захлебывался ими – и больше не нужно было ничего, только видеть, только ощущать это необыкновенно красивое создание. - Вы в порядке? – повторило создание. - Д-да… - я попытался кивнуть, - Я… меня зовут Джедайт… - Лорд Нефрит, - представилось совершенство, обаятельно улыбнувшись, - Потанцуем? Не дождавшись ответа, Лорд Нефрит увлек меня в круг танцующих. Уши мои забивала красивая музыка, я просто таял в руках Нефрита, и все смотрел в его глаза – и не мог насмотреться. Все вокруг исчезло – я забыл об отце, я забыл о времени, забыл о бале… Только Нефрит – и я. И ощущение безудержного счастья. Думаю, будет лишним говорить, что я совершенно не помнил предупреждение отца.
У стены зала, рядом с окном, стоял мужчина. Ветер, просачивающийся в окно, трепал пепельные волосы. Мужчина неотрывно смотрел за какой-то из танцующих пар – там кружился в танце его сын. Вздохнув, Антрацит невесело усмехнулся и прошептал: - Попалась птичка в клетку… А за окном кружились и падали мягкие хлопья пушистого снега. Часы пробили двенадцать. С Новым годом…
Решение. Н/Д, продолжение предыдущего читать дальшеЯ уверенной походкой прошел в центр зала. Прошло уже несколько лет со времени моего первого бала. И все это время я был безгранично, беспощадно счастлив. Это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Я уже не тыкался в разные стороны, не зная, что делать. Я освоился тут, хотя все еще порой захватывало дух от красоты происходящего. Единственным, что омрачало эти годы, были удрученные взгляды отца и матери. Но я не обращал внимания. Я был счастлив, а счастливые зачастую эгоистичны… Каждый раз на балу меня встречал Нефрит. Второй Лорд появлялся из ниоткуда, как чертик из табакерки. Неизменно он находил меня в этой толпе красиво разодетых придворных. Наверное, это должно было мне льстить… Но смотря на него, я как-то забывал о себе. Где-то на задворках сознания я осознавал, что должен был уже привыкнуть, но… Каждый раз я будто видел его впервые, как будто снова был мальчишкой, впервые пришедшим на бал. Я был ослеплен красотой Нефрита, и не думал, отчего так бешено бьется в груди сердце. В те годы я вообще мало думал. - Джед? Я обернулся, и снова потонул в озерах его глаз – такого безумного синего цвета я никогда не видел. - Ты замечательно выглядишь! – улыбнулось синеглазое совершенство. - Ты тоже… - выдохнул я. Нефрит взял меня под локоть и повел прочь из разношерстной толпы. - Знаешь, Джед, сегодня особенный бал. Я вопросительно поднял бровь. Между прочим, Нефрит как-то заметил, что это делает меня очаровательным… С тех пор я, сам того не осознавая, приобрел такую привычку. - Особенный для тебя, - продолжал Нефрит, - Знаешь, я обмолвился о тебе Еешеству… Меня удивляла небрежность Нефрита, граничащая с безумием. Казалось, он даже богу будет хамить. Стиль речи у него такой. - И зачем? – не понял я. Нефрит хитро улыбнулся и проговорил: - Помнишь, ты как-то говорил, что завидуешь моему титулу? Ну вот, я решил, что зависть – это не хорошо. Королева сделает тебя Великим Лордом, Джед. Ну, если ты согласен, конечно… Это было так похоже на Нефрита – поинтересоваться моим согласием в последнюю очередь… Правда, он и в самом деле знал меня лучше меня самого… Но тогда я об этом не думал. У меня перехватило дыхание. - Хочу ли я?! Нефрит, ты не представляешь, как я буду рад! Я… Металлия! Спасибо тебе, Неф! Нефрит самодовольно улыбнулся. Я огляделся и тут только заметил, что мы стоим в полутемной пыльной комнате. Нефрит небрежным взмахом руки зажег факелы и растворился в воздухе. Я осмотрел комнату. Прямо передо мной стояло невысокое, богато украшенное кресло. Кроме него мебели в комнате не было. По стенам висели картины. Я подошел к огромному портрету, висевшему напротив кресла. Портрет изображал женщину. Ее лицо можно было бы назвать красивым, даже несмотря на высовывавшиеся из-под верхней губы клыки, но… Это было лицо статуи – совершенно безэмоциональное, застывшее и холодное. Кожа белизной напоминала мрамор. Белоснежное лицо обрамляли огненно-алые волосы, голову венчала корона. Я услышал позади шаги. Обернувшись, я вздрогнул, увидев оригинал портрета. Правда, в этой женщине было кое-что, что художник не ухватил – гневные огоньки в глазах, выражение общей злобы и высокомерия. И – сила. Я преклонил колено. - Моя королева! Женщина махнула рукой и села в кресло. Легкий кивок головы – и комната преобразилась. Теперь это был огромный мрачный зал, факелы все еще горели, но их свет казался ужасно тусклым. Кресло стало троном, на нем восседала женщина, чье лицо казалось неживым. Обман… Что-то зашевелилось у меня в памяти, но все заслонил колючий теплый свет синих глаз. Нефрит… Может, если бы не он, я бы никогда не пришел сюда… Королева холодно оглядела меня и проговорила: - Подойди сюда, Джедайт. Ее голос был ледяным, меня бросило в дрожь, но ослушаться я не посмел. Королева положила тонкую белую руку мне на плечо. Рука оказалась неожиданно тяжелой и неудержимо тянула к земле. Я опустился на колени. В глазах помутнело, вокруг заклубился белесый туман, безжизненный, бесчувственный голос королевы произносил странные, незнакомые слова… Последним, что я почувствовал, перед тем, как сдаться перед заклинанием – это то, как меня вдруг больно ударил пол…
Мне было холодно. Вымерзло все – мысли, чувства – все. Вокруг тянулась ледяная пустыня, и мне надо было зачем-то идти вдаль, зачем-то переставлять ноги… Мне было уже все равно, я устал, я замерз, я… Впереди была пещера. Грубо вырубленное отверстие в серой скале. Мне нужно было туда. Я не знал, зачем. Холодно… Я шел по пещере, пытаясь вспомнить, кто я и зачем, и есть ли вообще что-то, кроме этой мертвой ледяной пустыни… Я остановился. Я не сразу осознал, что вижу перед собой – кристалл прозрачного льда, но тверже, гораздо тверже… А в нем – стройная фигура юноши. И – лицо. Мое лицо. Мой рот широко открыт в последнем крике, глаза в ужасе распахнуты… Безудержный страх охватил меня настоящего… впрочем, я был уже не уверен в собственном существовании. Вкрадчивый голос в сознании тихо шептал: - Видишь, это твое будущее! Вечный сон – холодный, безжалостный, беспощадный… Хуже смерти, верно ведь? Ну так что, ты еще хочешь этого? Хочешь? «Нет, нет!!» - хотел закричать я, но онемевшие губы не слушались. Это до ужаса напоминало фигуру, вмороженную в кристалл. Я хотел закричать. Но в ту же секунду память взорвалась разноцветными огнями. Осколки складывались передо мной, как в причудливом витраже – водопад каштановых волос, насмешливая улыбка, и синие-синие глаза… - Неф… рит… - прошептали губы вместо ответа на вопрос. Будь что будет! Я хочу стать Лордом – для него. Я хочу жить – для него. И даже если все это обман, дешевый спектакль… будь что будет… - Я хочу этого.
- Встань, Лорд Иллюзий! – торжественно изрекла королева. Я встал, - Отныне ты – Великий Лорд, и обязан поклясться мне в верности. - Клянусь… - хрипло прошептал я. Королева удовлетворенно кивнула. Знала бы она, что я клялся вовсе не ей, а обладателю невероятных, теплых и насмешливых синих глаз… И будь что будет.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Что-то меня грызет, а что - не пойму. Грустно мне. Плохо. "Are you the one" в колонках. И как-то смутно - стены больницы, явно государственной, на заднем плане... Тьфу ты, черт. Закрой мне ментал снова, а?
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Зубной зло. Приехала никакая. Знаете, забавное ощущение, когда вдруг понимаешь, что падаешь, чувствуешь, как тебя подхватывают и вдруг понимаешь, что до сих пор идешь. Это меня Дик ловил по дороге к дому, дабы я до него дошла. Но в общем я жива, да. Но блииииин...
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Крохотная кухня, холодильник, стол, стул. Юноша - ему восемнадцать - сидит, оперевшись локтями на колени, опустив лицо в ладони. Шепот. - Мой мальчик... Мой маленький, братик... Шаг, замереть, облокотившись на дверной косяк. Он вскидывает голову, оборачивается, смотрит со жгучей, совершенно невероятной надеждой во взгляде. Довольно жуткое зрелище... - Он?.. - С ним все в порядке. Жар скоро спадет. Он выдыхает резко, обмякает на стуле. - Хорошо... Спасибо вам. Сколько я вам должен? - А у вас есть, чем платить? Понимаешь, что слишком резок, что этот мальчишка - все еще, разумеется - и так себя достаточно накажет, но ничего с собой сделать не можешь. Не получается относиться лояльно к тому, кто так обходится с чужой жизнью. Он бледнеет, опускает взгляд. - Не волнуйтесь, я ничего с вас не возьму. - Но... Давится, ловя взгляд. Тебе часто говорили, что у тебя страшные глаза. А кто не говорил - думал. Но в соседней комнате лежит удивительно красивый мальчик - его родной брат, как выясняется, которого он довел почти до смерти. Лежит и улыбается, потому что поледнее, что он помнит - как брат держал его на руках. И ты понимаешь, что это не твое дело, но все равно тошно - от этого бегающего взгляда. - Постарайтесь, чтобы мне больше не пришлось его вытаскивать. Кивает, глядя строго в пол. Он все-таки любит. Страшно и трусливо, но любит. Это. Не. Твое. Дело. Дверь захлопывается с характерным негромким щелчком.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
В отсутствие Ритки я безнаказанно наслаждалась звуками тяжелого рока. Бессовестно заняв риткину кровать и накрыв голову книжкой, дабы избавить себя от удовольствия созерцать плохо побеленный потолок. Головная боль вернулась непростительно скоро. Постояла на пороге, воздела очи горе и возопила: - Валь, кошмар! Ткнув рукой книжку, я укоряюще воззрилась на Ритку. Ритка мой укоряющий взгляд оставила без внимания. Меня такое поведение глубоко возмутило, в результате чего я хмыкнула, и изрекла очередную сентенцию. - Стреляться? Веник там, - вяло махнув рукой в сторону предположительно туалета. Риткины глаза уставились на меня, а тушка упала на стул. Стул жалобно скрипнул. Я подумала, что это мой любимый стул, и что его я Ритке не прощу. Но глаза были неумолимы. - Тьфу на тебя! У нас трагедия, а ты дурака валяешь. Размах риткиных трагедий был уникален. От гибели любимого ногтя до исчезновения матери, причем реагировала она на все одинаково - бежала ко мне. И ломала мой любимый стул. Когда-нибудь он не выдержит. - Ну что такое? - трагически вопросила я. - Денег нет. Сей факт Ритка констатировала уже довольно спокойно. В мою голову прокралась тихая, полудохленькая надежда на то, что ни в какие Ешки мы не поедем. Надежду скоропостижно скончал риткин хлопок с размаху по клавиатуре. Благословенные звуки рока жалобно затихли. Я вздохнула, подозревая очередную риткину умную мысль. - Валь! Вы с Васькой давно расстались? Васька - это мой несостоявшийся ухажер, щуплый веснушчатый мальчик шестнадцати лет. По какой-то странной причине мои нездоровые пристрастия к черному цвету, мрачному цинизму и тяжелому року приводили этого милого домашнего мальчика в почти священный трепет. Терпеть его трепет мне надоело месяца два назад, о чем я не преминула ообщить Ритке. - Ну он же богатый, Валь! - изрекла она в ответ. Я, кажется, начала осознавать, что меня склоняют чуть ли не к вымоганию денег у собственного экс-бойфренда. Я должна была догадаться, что все этим кончится. Спорить с жалобным взглядом риткиных глаз я так и не научилась.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
А теперь я добиваю хомячка, добиваю свою внезапно проснувшуюся горячую любовь к исторической родине ТК вообще и OTP в частности, и иду СПАТЬ! Ибо как бы не хотелось всю ночь пребывать в сети, соседи от этого ремонт делать не перестанут, и тело не перестанет желать отдыха.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
В общем, так. Есть Джедайт. Не из канона, а из какого-то-там фанфика. В общем и целом это как бы в принципе я. Была. Когда-то. Сильно давно и сильно не здесь. И не знаю я, кто там чего нахимичил с Вечным Сном, что оно появилось здесь и относительно отдельно. Хочу, товарищи, кадры из канона на аватарку! Но красивые. Но из канона. Поможете?
Во внеочередном приступе безудержной любви к ТК, пересмотрела арт. Н-н-ня... Арт не мой, совсем чужой, кабы еще вспомнила, где чей...
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Доктор очарователен, ага... Но я его все равно опасаюсь. Наверное, это все-таки как-то связано с тем, что после его личных визитов я как выжатый лимон. Все-таки, он ментально очень... тяжелый. Именно ментально. А еще я где-то умудрилась долбануть колено, хнык-хнык. И скоро я, наверное, спать поползу. Чтобы хотя бы сегодня не успеть скучать. Что ж я за существо такое, скучать начинаю практически до того как... рррр. А еще гребаный зубной!..
И все-таки, я рада. И за себя, и вообще. За что мне они, интересно? Я же не заслужила, скорее наоборот...
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Если бы ваша жизнь была фильмом, какой бы в этом фильме был саундтрек? Что делать: 1. Открываем плеер 2. Включаем перемешивание, play. Далее - next. На каждый вопрос, указанный ниже, ответом будет название выпавшей песни. 3. Не жульничать!
1. Опенинг: Джем, "Мой ангел" Как-то уже настораживает... 2. Пробуждение: Джем, "Песня Мерлина" Как-то оно меня начинает пугать... 3. Первый день на работе: Дольский, "Государство синих глаз" Это где ж я работаю-то? Оо 4. Влюбленность: Ги, "Еретик" Ойййййй... Меня терзают все большие сомнения, что это куда-то не про меня. Хотя... Мы вообще похожи, ага. 5. Сражения: Джем, "Тамплиер" Ааа, ну да! Таки, наверное, про меня ^^ 6. Неприятности: Щербаков, "Мчись над волной..." А вот это да, вот это в тему! 7. Корпоротивная вечеринка: Тэм, "Даэрон - Литюэн" Черт, это где ж таки я работаю?! Оо 8. Жизнь прекрасна: Ги, "Ave mater dei" Эмммм... Ну ничего так прекрасна... >.< 9. Погоня: Щербаков, "Мой несчастный друг..." То есть, гнаться за мной не будут, ага? 10. Ретроспектива: Джем, "Ангелу Тьмы - 1" А может, таки не про меня?.. >.< Хотя... 11. Счастливая свадьба: Щербаков, "Циркачка" Ооооой, обнадежили... 12. Финальная битва: Трофим, "Просто так" Простите... э? 13. Сцена смерти: Ги, "Кэналлийская песня" А вот это ня... 14. Похоронная мелодия: опять джемовский "Тамплиер" Таки убьют меня в том сражении, хнык... 15. Эндинг: Лора Московская, "Учитель" Ну все. Стреляться.
Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ему идет фартук. Зеленый. В цветочек. Получается такое милое, домашнее существо в два метра ростом и шире меня в плечах раза в два-три. А еще у него болят глаза, и, когда читает, он носит очки. И если он не хочет кого-то видеть, то отмахивается фразой "запишитесь на прием". Это дорого, и мало кто приходит. Со мной, правда, такое не получается. Он не любит галстуки, но никогда в этом не признается. Он потрясающе владеет голосом. Когда он хочет успокоить, я чаще всего засыпаю. Он любит философию и физику. И еще много разных нудных наук, но эти две больше. Он очень редко говорит. Еще реже говорит прямым текстом то, что важно.
Я привязан к нему, я даже ему где-то благодарен, наверное... Но любил и люблю я все равно тебя, и виноват в этом уж точно не ты.