02:10

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ты. Гребаный. Идиот. Девочка.
Марш спать!
И когда в следующий раз полезешь читать старые записи в чужих дневниках, потрудись сначала обзавестись револьвером и хотя бы одним патроном.

@темы: убитьсяапстену, Я

02:00

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Иррационально хочется пойти и подарить подарок. Вот прямо сейчас.
Спокооойно, сидеть, сейчас глубокая ночь, вали спать, дорогая, ты перенапряглась. У тебя за стенкой спит мама и обязательно проснется от щелчка ключа в замочной скважине. И потом. Синтезатор ты не донесешь (а если идонесешь - тебя потом пришибут на месте, а кому нужен твой хладный труп?), денег на цветы нет. Так что - и? ииииии? И нет у тебя ни подарка, ни возможности его приобрести, не говоря уже о том, чтобы прямо сейчас тащиться его дарить. Так что сиди на месте.
А еще лучше - спать.

Я идиот. Убейте меня кто-нибудь.

@темы: нервное, Я

01:35

Стихи.

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ты знаешь… А по ночам я читаю стихи. Бледнея до дрожи, дрожа до гусиной кожи. Читаю про солнце, цветы, и любовь навеки, про дружбу и соль, про кошек и человеков, про то, как, однажды проснувшись, они поняли тоже, что будут, как эти строчки, светлы, легки.
На улице город, серая злая пасмурь, метро и автобус, изношенные Москвой тяжелые люди, люди-осколки, паззлы, так и не собранные тем, неземным и прекрасным. На улице город. В парках – осень и перегной. И сердце стучится вялой, ослабшей массой.
На улице сыро. И всем причиняют боль – и людям, и кошкам, и нищим, и суперзвездам… И ты причиняешь мне боль, так запросто, так жестоко, ведь просто не знаешь, что ты во мне так, настолько… Что ты во мне слишком. Что я с тобой просто ноль. Не надо, послушай… Все кончено. Снова – поздно.
А я не расстанусь с тобой, как присохла к ране. Я буду с тобой до дна, до конца стихий. Днем – буду резать нестриженным ногтем ладони, чтоб не сорваться, чтоб, не дай Бог, не наполнить себя – тобой. А по ночам, на экране… Чтобы не ждать от тебя ненужной тебе чепухи….
Я по ночам читаю твои стихи.

@темы: Стихи

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Хоть порвись на клочья, хоть наизнанку вывернись –
Не спасти, да что там, просто не удержать.
У неё в глазах живёт золотая искренность,
Что куда больнее выстрела и ножа.

У её кошмаров – запах вина и жалости,
У бессонниц – привкус мёда и молока.
Будешь плакать? пить коньяк? умолять? – Пожалуйста.
Только лучше молча выпей ещё бокал.

Безысходность дышит яблоком – до оскомины,
Голубые луны светятся горячо.
Ей судьба давно отмерена и присвоена
Инвентарной биркой – лилией на плечо.

Да куда ты – брось рюкзак, не спеши, успеется.
Положи на место ключ... я сказала – брось!
Это ей – дорожный знак, ветряные мельницы
И чужие жизни, прожитые насквозь.

А тебе – июльский вечер в саду под вишнями.
Сигарета, тремор пальцев, искусан рот.
Это больно, чёрт возьми, становиться лишним, но...
Потерпи, пройдёт. А может быть… нет, пройдёт.
(с) не мое

@темы: (с), Я

00:33

...

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
...И она себе обещает его дождаться. (с)

Надо пойти и сделать горячий чай. Да, точно. Или хотя бы поесть. И зарыться по уши в одеяло, уткнувшись носом в книжку. Нет, не у окна. Нет. Отойди сейчас же!
Вот так. В кресле, от греха подальше. Да, от греха, тебе все понятно? Незачем так смотреть, и перестань изводить себя, лучше грей руки. Они совсем замерзли без твоего внимания.
Не включай музыку, ничем хорошим это не кончится - у тебя в плейлистах сплошная депрессия. Лучше пойди и достань шоколад из шкафа. И выключи память. Да, во-он той, большой красной кнопкой с надписью "не нажимать". Побудь хоть один вечер жвачным животным. За вычетом книжки, конечно.
А еще ты пойдешь спать. Поешь - и _пойдешь_. Подальше от монитора и окна. В постель, к подушке и игрушечному псу.
Отставить ходить из угла в угол. Прекрати, кому сказано! Сядь. Выдохни. Успокойся. Держи чай. А я сказал, не дрожат. Вот тебе плед, заворачивайся. Пей.
Все будет. Да, я уверен, все будет.
Это всего лишь ампутация. И после этого живут.

@темы: Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Рассказ, Я

16:18

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Изображаю гору, ту самую, которая не идет к Магомету, а в моем случае - вообще никуда не идет. Сижу дома, маюсь с головокружением и общей убитостью. Дело в том, что соседи перестали сверлить и стали красить. Вот такая вот своеобразная реакция.
Грррр...

@темы: Новости, Я

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Ложиться в пол третьего ночи из-за просмотра Хауса - это нормально. Зато досмотрела. Нет, организм, тебя не спрашивают.
А еще надо пойти и купить еды.
А я хочу Птицу и курить концеееепт... >.<

@темы: размышлизмы, Глюки, глюки, сто четыре штуки...

19:36

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Как много тяжелого неба на крыльях твоих и моих... (с)

Прямо хоть и не ложись спать. Просыпаюсь насквозь замерзшая, руки-ноги ледяные. Трясет. Зеленый чай, конечно, наше все, но нельзя же так...
Состояние заторможенное. То ли от мяты, то ли от недосыпа, то ли от общего идиотизма.
А в общем все нормально, доктор, состояние стабильное. Э?..

@темы: размышлизмы, (с), Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Я

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Птиц, если я правильно ловлю...

Отставляет в сторону наконец пустую тарелку, подтягивает колено к груди, обхватывает одной рукой, второй держит кружку с чем-то горячим, терпко пахнущим и противопростудным. В окно светит солнце, доктор около плиты, скрестив на груди руки, хмурится. Но это все неважно, на самом деле он добрый.
Сердце бьется уже ровно, уже не дергается, и глаза почти не болят. Мишель улыбается - украдкой, как будто его за это накажут, и вспоминает, о чем думал, пока не обрушил что-то и не разбудил доктора.
- А вы переезжаете?
Не дожидаясь ответа, снова опускает глаза, смотрит куда-то вниз и влево. Быстрый взгляд снизу вверх, на лицо доктора, оглядеть кухню, снова в пол. Он уже почти забыл, как его бросили, он не обижается, только все еще страшно немного. Снова вскидывает голову, и снова взгляд вниз, как на качелях. Он качался на качелях в детстве, сестра катала...
Робкий, наивный взгляд в глаза. Из-под отросших за время пребывания в больнице волос полыхают уши.
- А вы... Переезжайте ко мне?

@темы: Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Рассказ

11:55

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Гнусные соседи разбудили меня своим ремонтом и замолчали.
Надо успеть - помыть голову, поесть, обрадовать маму тем, что ночую не дома, поделать историю, посмотреть Хауса... Ы.

@темы: размышлизмы, нервное

22:50

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
А мы остаемся кричать в ледяные дома
Нам крылья ломали: пускай, допоем
А что там за голосом - просто война
И грохот сапог, проходящих сквозь дом (c)


@темы: размышлизмы, (c)

19:32

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Лечек, ты пишешь страшные стихи.
Разговариваю по телефону, за окном каплет дождь, "мне грустно, бес", и все такое... И тут в телефоне роняют фразу. Старую-старую, еще восемнадцати-июневую.
"Но все-таки, может, собьешь все планы, и встретимся в восемь на Первомайской?.."
Я в слезы.
Мда.
Ушла читать свое и отправлять в "Ларец".

@темы: нервное, Я

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Пальцам холодно. Промерзает до ребер грудная клетка.
Почти не больно, только привкус во рту – накашлянно, едко.
Сердцу холодно. Паутина ветров, тонких вздохов, дрожит до костей.
Взгляд за стекла – ветра, холодные весны, сирень
На ветру. Здесь какой-то слишком холодный май,
Небо хмурится, собирает в ладонях дождь, командует – замерзай.
Тело – мягкое, почти гуттаперчевое, такое послушное.
Тело слушает. Между клеток небесной тоской собирается стужа.
Ты заласканная, зацелованная ветрами и синевой, живая.
Тебе холодно. Ты выцветаешь, каплешь слезами на пол, остывая.
Слишком страшное время, слишком легко тонуть, стекая
Вниз, в подпол, изображая всей сутью ртуть, в конце мая.
И тепло – только в кружке, за тонкой гранью фарфора –
Синевы с белизной, ажурного гжелевого узора.
Тебе страшно.
Ты тянешь пальцы наружу, за стекла.
Снаружи холодно.
Так же промозгло, но только мокро.
Ты опускаешь голову, вниз, лицом на сцепленные ладони.
Ты понимаешь, что беспробудно устала, что тонешь.
Ловишь тяжелый взгляд, отраженный в зеркале пальцев
И понимаешь, что это ему - не тебе – нельзя_не_остаться.

@темы: Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Стихи

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
*с трудом сбрасывая оцепенение* Ну... зато... зато... зато у меня mell на рабочем столе! Это ведь хорошо, хорошо, правда?
Брррр...

@темы: нервное, Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Я

00:29 

Доступ к записи ограничен

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

13:17

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Нда.
В ближайшее время, то есть сегодня, мне надо быть у ГЗ МГУ. Нет, все бы хорошо, но - не поверите! - я не помню дороги. %)
Ну ничего, по крайней мере мимопроходящие люди ее точно будут знать)
Так что досмотреть Хауса - и вперед.

@темы: размышлизмы, нервное, Новости

01:43

***

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Вы думаете, все было так просто?

Сначала она жила как жилось, работала, курила полпачки в день, раз в две недели жаловалась неизменной закадычной подруге на жизнь и на то, что "Тань, вот ведь угораздило выйти, а?" Немного дергано, но, в принципе, все прекрасно. И по вечерам у нее есть чем заняться - работа, книги, погулять с собакой.
Но со временем книг становится меньше, разговоры с подругой чаще. Пока та не уходит, обозвав на прощание истеричкой. Горки окурков растут, но она пока еще исправно убирает как их, так и дом. Тягучими пятничными вечерами утыкает лоб в раскрытые ладони и успокаивающе гладит пальцами виски. Несколько раз почти срывается, злится и не понимает, почему должна хранить ему верность, когда он... его, может быть... Тушит свет и идет спать.
Потом - длинные, пространные монологи в потолок, вечерами - включенный телевизор, и собаке приходится минут десять скулить, чтобы обратить на себя ее внимание. Ночи становятся все длиннее, вместо собственных ладоней она утыкается лбом в оконное стекло, и всматривается до рези в глазах в окружающий пейзаж. С работы ее увольняют, потому что ходить на работу она больше не может, и ищет халтурку на дом. Почти не спит, делит время между монитором и окном, потому что книги давно прочитаны, а с собакой гулять еще не пора. Или уже не пора?
Дальше - больше. Боится смотреть в зеркало, запрещает себе думать о нем, и пишет его имя в ежедневник, чтобы не забыть. Привыкает засыпать у раскрытого окна, больше не курит, потому что врач, вызванный года два назад сердобольной соседкой, сказал, что легкие похожи на кружевные тряпочки. Теперь - пьет кофе. Боится засыпать, трет запавшие, сухие глаза, вглядывается в окно, положив подбородок на сгиб локтя. Одевается в разношенные джинсы и тапочки, но исправно убирает дом и готовит ужин на двоих. Больше не смотрит новости. Выцветает.
Вчера умерла ее собака.

Но она все ждет. Она его ждет.

@темы: Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Рассказ

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Тащить к себе не обязательно.

Да-да, и мне глубоко не важно, что никто не ответит.

@темы: "Проекты", Я

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
За нами с Птицей надо ходить с диктофоном, ага.
А еще я сегодня видела танцующего Птицу. *.*

А еще я могу дышать, это так здорово...
Дик, спасибо. Дик... Дик?.. Спит, что ли? По ходу, кажется, да...


@темы: размышлизмы, Глюки, глюки, сто четыре штуки..., Я

12:52

Я погиб при Ити-но-Тани, И мне было семнадцать лет. (с) Ацумори
Всю ночь снилась очередная сюжетная фигня, причем полночи я во сне писала сочинение. Почему-то про феанорингов.
А оставшиеся полночи в голове играла песня.

Кхм. Ну, доброе утро, что ли... *вспоминая известную картинку*

@темы: размышлизмы, нервное